Том 1    
Серия OVA (предыстории книги и персонажей)
ГЛАВА 1. Неотвратимая пустота Часть 1. Аппарат, отбивающий ритм моей жизни Часть 2. Проект "Лазарь" ГЛАВА 2. Идущие по дороге Лазаря Часть 1. Восставшие из небытия Часть 2. Дверь в конце тоннеля Часть 3. Наш новый мир ГЛАВА 3. Механическая кошка Часть 1. Богиня жизни Ринрин Часть 2. Последний город планеты Земля Часть 3. Malleus Maleficārum Часть 4. Архиеретик 34-го века Н.Э. Часть 5. Да прибудет с вами моя кровь! Часть 6. Две одинокие звезды Часть 7. Я присягаю Богу Часть 8. Совет восьми Иуд. Послесловие ГЛАВА 4. Территория тьмы Часть 1. Первая миссия Часть 2. Там, за горизонтом Часть 3. Туда, где брезжит одинокий свет Часть 4. Великий Эрион Часть 5. Великий Эрион. Похождения отряда Часть 6. Приём у императора Часть 7. Ветра, уносящие надежды Часть 8. Ангел Ло Часть 9. Надвигающаяся угроза Часть 10. Подарок, достойный богини Часть 11. План «Б». Начало операции Часть 12. План «Б». Последний совет Серия OVA (предыстории книги и персонажей) OVA-1. Хроники доктора: Дружба навек OVA-2. Письмо в прошлое OVA-3. История одной милашки: Начало OVA-4. История одной милашки: Моё (твоё) имя/Моя (твоя) жизнь OVA-5. Хроники доктора: Призвание OVA-6. Хроники доктора: Надежда и потерянная тетрадь OVA-7. История одной милашки: Явление ч.1 OVA-8. История одной милашки: Явление ч.2 OVA-9. История одной милашки: Явление ч.3 OVA-10. Хроники доктора: Теория Одзаки-Араки OVA-11. Хроники доктора: Моя кошка ГЛАВА 5. РЕСПУБЛИКА СВОБОДЫ Часть 1. Новый поход Часть 2. Неожиданная остановка


Вам нужно авторизоваться, чтобы писать комментарии
yuriy1933
6 мес.
blacksoul спасибо за отзыв!=) Насчет ретро очень приятно. Я не ставил такой цели, но в те годы создавались действительно сильные произведения. Ра з так получилось, то получилось И хорошо. Здесь нет, но у этой книги есть 3 ОВЫ ( 3 отдельных главы по некоторым героям). Они в группе ВК опубликованы.
blacksoul
6 мес.
Спасибо, стиль и правда похож на киберпанк 80-90х. Но читать от этого не менее интересно, куда интереснее большинства нынешних иссекаев. Единственное что смущало- внутренние диалоги главного героя со своей поехавшей кукухой, не покидала мысль "где-то уже такое встречалось и не один раз". Пока читал почему-то хотелось сравнивать мир Рин-Рин с миром Стрелка из "Темной башни".
Отредактировано 6 мес.
тишка гарны
1 г.
Спасибо.
yuriy1933
1 г.
calm_one, я Автор и иллюстратор в одном лице. Честно признаться рисовать только учусь, пока в активе не больше 8-9 рисунков. (да 1 рисунок с Ринрин был сделан читательницей из группы ВК) В планах сделать их по всем ключевым моментам и героям.
Да, это и есть фантастика + киберпанк+ ужасы+ апокалиптика. Определенный ретро, а не футуристический стиль станет понятен постепенно.
Спасибо за отзыв. Очень приятно.
Отредактировано 1 г.
calm_one
1 г.
Ой, забыл спросить, а кто рисовал-то? :)
calm_one
1 г.
В принципе, пока неплохо. Стиль немного ретро. В смысле, то, что мутится обычно в "исекайном" мире меча и магии, в данном тайтле происходит в мире, более характерном для фантастического произведения.
Напомнило Герберта нашего Уэллса. :)
А так - вполне даже неплохо. Интересно, что будет дальше. И команда перевода видно, что старается.
Спасибо :)
yuriy1933
1 г.
Большая просьба оставлять комментарии. Это очень важно для автора! Спасибо!

Серия OVA (предыстории книги и персонажей)

OVA-1. Хроники доктора: Дружба навек

Здравствуйте! Меня зовут Шин. Араки Шин. Мне одиннадцать лет. Сегодня я иду в четвёртый класс младшей школы. В эту школу я иду впервые. Мама нашла новую работу в Тосиме, муниципалитете Токио. Конечно, работа не очень престижная, но после смерти отца год назад, нам приходится не сладко. Вот мы и переехали сюда из Арикавы.

Мой отец был сотрудником полиции и его застрелили преступники. Вот так вот… Живёт себе человек, живёт счастливая семья… Раз… И нет человека и нет счастливой семьи. Весь мир для меня разделился с того момента на «до» и «после». За этот последний год моя успеваемость пошла вниз, в школе начались конфликты, а мама стала часто болеть от нервного перенапряжения и проблем с выплатой кредита за дом, который полностью обеспечивался зарплатой отца. Единственное, что хоть как-то спасало — были выплаты от государства, но дом всё равно пришлось продать и снять тесную квартиру здесь, в Тосиме.

Конечно квартирка не фонтан: маленькая, не уютная, с плохим естественным освещением. Картину сего апокалипсиса дополняла пошарпанная мебель и сомнительные соседи. Но, как говорится: не место красит человека, а человек место! Я стойко перенес переезд, чему мама удивилась, учитывая мой возраст. Наверняка, многие из моих ровесников закатили бы истерику, лишившись собственной комнаты и комфорта. Но шестерни судьбы здорово перемололи мою подростковую амбициозность.

И вот наступил апрель. Начало учебного года в Японии. До школы идти минут тридцать. Можно, конечно, доехать на общественном транспорте, но мы стараемся экономить. Тем более, я не развалюсь, дойдя и пешком. Прошедший год меня научил очень многому: экономить, помогать маме по дому, самому себе готовить и меньше тратить времени на всякое безделье.

Меня в последнее время часто дразнили в бывшей школе из-за моего, нетипичного для среднестатистического японца, высокого роста. Даже не представляю, что будет, когда я выросту. В третьем классе я был уже на голову выше своих одноклассников. Япония — страна стандартов, и как-то здесь выделяться — значит постоянно ловить взгляды и слышать обсуждения за спиной.

«Интересно, в этой школе всё будет также?»

Погода на улице пасмурная и моросит небольшой тёплый дождь. Идти немного волнительно. Вообще, я не очень люблю перемены. Хотя, ностальгии по моим «одноклассничкам» у меня нет. Уже ближе к школе, мне пришлось идти мимо какого-то престижного района с особняками и высокими дорогими заборами.

«Когда-то и мы жили в отдельном симпатичном доме, хоть и не таком богатом… Но всё же в своём…»

Школа выглядела обычно. Единственное, корпуса были достаточно новыми или недавно отремонтированными. На её территории располагались вылизанные газоны и аккуратно постриженные кустарники. Вдоль дорожек стояли кованные скамейки с деревянными сиденьями. Учитывая тот факт, что в мире, а уж тем более в Японии, с деревом напряжённо — это меня удивило.

Я зашел в класс.

— К нам перевелся новый ученик, — обратилась учительница к классу, а затем ко мне: — Представься, пожалуйста.

— Меня зовут Араки Шин…

Всё-таки и в этом классе я оказался самым высоким.

«Не повезло…»

Я заметил, что многие начали хихикать, а кто-то явно и открыто обсуждать меня между собой. Учительница указала мне на место за партой в середине класса у окна. Куда я собственно и направился.

***

Прошла почти неделя. Я ещё не с кем толком не познакомился. Одноклассники относятся ко мне пока настороженно и продолжают обсуждать новичка, то есть меня. Особенно девочки. Может это и хорошо, что они держатся от меня

подальше. В старой школе доходило до драк.

Впереди меня сидит малообщительный и тихий парень. Смазливый на вид шатен с аккуратно постриженными и уложенными волосами, невысокого роста, худощавый, и с одной интересной чертой: у него были ярко-изумрудные потрясающие глаза. Его зовут Исикава Кэтсеро. Он тоже почти не с кем не общается. Постоянно считает ворон на уроках, смотря в окно, и получает за это замечания от учителей. Какой-то он мечтательный что ли…

***

Середина апреля. Наконец-то меня перестали обсуждать и все успокоились. Сегодня яркий солнечный денёк, погода так и шепчет пообедать на свежем воздухе. Сейчас перемена. На скамейки и газоны вывалила вся школа со своими коробками с бенто и прочими яствами. Я выбрал местечко поуединённее.

Когда сам готовишь и сам ешь — вдвойне приятно. Мама очень много работает, но за меня может быть абсолютно спокойна: я голодным не останусь.

Я уже съел половину, как ко мне подвалили трое из класса постарше.

— Слышь? Ты новенький в школе ведь, да? — дерзко спросил меня один из них, поставив ногу рядом на скамейку.

На вид ему было, как и остальным, лет четырнадцать.

— Предположим. Проблема? — ответил я ему в такой же манере.

«Начинается... Только было я подумал, что в этой школе будет поспокойнее.»

Видимо, тон моего ответа был несколько неожиданным для этой шайки, отчего они переглянулись.

— Ты совсем охренел?! На неприятности нарываешься?

«Можно подумать они подошли мирно побеседовать… Козлы…»

Я встал со скамейки, отложив коробку с обедом. Я был одинакового роста с ними. Трое против одного. Шансы явно были не равными. Я решил пойти ва-банк.

— Может и нарываюсь, — сказал я спокойным и безразличным тоном.

«Снова приду с фингалом домой, и мама опять расстроится.» — эта была единственная мысль, которая меня хоть как-то беспокоила.

Вожак этого стада баранов попытался ухватить меня за воротник, но я моментально среагировал и со всего маха ударил его головой. Он отшатнулся и из его носа показалась кровь.

— Ах ты мелкий ублюдок! — раздался истерический крик. — Тебе конец!

Как по команде, на меня набросились сразу все трое. Перед тем как упасть, я успел пару раз ударить наотмашь. Меня начали пинать, не давая возможности подняться.

— Прекратите, сволочи! — послышался ещё один голос, но уже знакомый.

Раздалось пару шлепков. Двое из нападавших отвлеклись от моего избиения и у меня появилась возможность подняться.

Встав, я увидел картину потасовки моего одноклассника с хулиганами. Несмотря на свой невысокий рост, Исикава Кэтсеро отчаянно вцепился в одного из них, а второй лежал, скорчившись на земле и схватившись за пах. Оставался третий, который остолбенев, разрывался между мной и помощью товарищам. Воспользовавшись его замешательством, я крепко ударил его в челюсть и, почти одномоментно, ногой пнул в бок второго, дерущегося с Исикавой. Спустя несколько секунд ублюдки уносили ноги, попутно кидая в нашу сторону оскорбления и угрозы.

Мы стояли с Исикавой молча, пытаясь отдышаться и улыбались друг другу.

«Этот мечтательный и необщительный тихоня оказался единственным, кто не побоялся помочь. Неожиданно…»

Первым заговорил Исикава:

— Как думаешь, они еще будут приставать? Эти уроды всех младших уже достали.

— Наверняка будут. А что им было надо?

— Ха! Ты даже не успел узнать? Карманные деньги хотели отобрать.

— Ясно… Как всё банально… Кстати, а почему ты помог мне? — поинтересовался я, отряхиваясь от пыли.

— В смысле почему? Мне стоило это дело снимать на телефон, как остальные? — Исикава кивнул в сторону, где безучастно стояли человек десять, таращась в свои смартфоны и обсуждая случившееся. — Почему я должен смотреть, как моего одноклассника пинают трое уродов?

Я был несколько удивлен. Этот парнишка был настолько смелым. Я уже привык, что люди безразличны и трусливы. Максимум сходят за помощью к учителям или позвонят в полицию… Но, чтобы так вот вмешаться в стороннюю драку и самому нажить проблем и синяков…

— С сегодняшнего дня, можешь звать меня Шин. Спасибо, дружище! Ты на самом деле меня здорово выручил!

— А я просто Кэтсеро, — он улыбнулся и протянул мне руку. — Будем дружить?!

Так у меня появился первый настоящий друг…

***

Конечно, у нас были потом проблемы в школе. Первая появилась сразу — нас вызывали к директору и вынесли за драку предупреждение. Вторая преследовала нас ещё какое-то время, в виде угроз и задирания от тех хулиганов, но до новой драки так и не дошло. Видимо тот урок хорошо подействовал, и они начали стремительно терять свой авторитет в школе. К тому же, наверняка им пригрозили отчислением.

Мы всё больше сближались с Кэтсеро и уже много времени проводили вместе вне школы, гуляя, посещая торговые центры и ходя в киношки. Кэтсеро, как выяснилось, из обеспеченной семьи и живёт как раз в том самом богатом квартале, мимо которого я постоянно хожу в школу. Но я ни разу не почувствовал в нём даже намёка хоть на какое-нибудь классовое разделение. Он был прост, скромен и честен. Про таких обычно говорят: «свой в доску парень».

Успеваемость, хоть и улучшилась, но я всё равно был одним из отстающих в классе. Мирно и размеренно проходили наши школьные будни, крепла наша дружба, а я всё больше привыкал к новому месту жительства и школе.

***

Прошло уже несколько лет. Мы перешли в среднюю школу, находящуюся по соседству с младшей. Нам по тринадцать лет. Я стал еще более самостоятельным. Мы с мамой так и живём вдвоём. У неё на работе дела пошли получше. В своей скромной квартире мы поменяли кое-какую мебель и своими силами, не без помощи Кэтсеро, сделали косметический ремонт, от этого стало заметно уютнее.

Все выходные и всё свободное время мы тусим вместе. Я уже ни раз был у Кэтсеро в гостях и познакомился с его родителями. У них очень респектабельный дом и участок. Отец Кэтсеро — генерал, а мама — обычная домохозяйка. Очень милые и доброжелательные люди.

Генерал Тэкео меня долго расспрашивал про отца и очень сочувствовал. Ему, как военному, была близка подобная трагическая ситуация. Вообще, пообщаться с ним было очень интересно. Мне кажется, если бы папа был жив, то он, и генерал Тэкео, очень поладили бы… Как мы с Кэтсеро.

Его мама невероятно вкусно готовит и постоянно приглашает зайти поужинать в гости. За эти годы я стал в этом доме уже «своим». Тем более, как Кэтсеро мой единственный друг, так и я единственный друг у него.

Я безмерно счастлив. Переезжая сюда, в Тосиму, я и не подозревал, что в этом материалистическом мире, где люди чураются друг друга и ищут в знакомствах только выгоду, покровительство или раболепство, найду самую настоящую и искреннюю дружбу. Я уверен, это дружба — навек!

OVA-2. Письмо в прошлое

Как только я открыл окно, мне в лицо тут же ударил тёплый приятный бриз. Ворвавшись, словно бандит в комнату, он заполнил её благоуханием диковинных цветов, нектара и зелени. Зелень ли? Скорее всего, это понятие уже можно переиначить под другой цвет, который властвует над флорой этого мира и времени. Свежий и первозданно-чистый воздух… Я чувствую, как лёгкие жадно поглощают эту потрясающую свежесть, насыщая кислородом каждую клеточку моего тела.

Там, за окном, горят тысячи огней, подчёркивая потрясающую и благородную панораму Ринэки.

«Эхх! Какой же потрясающий вид! Какое спокойствие и тишина! Да, возможно, сейчас и не хватает стрекотания сверчков, кузнечиков, пения и щебетания птиц. Но мир живёт. Он жив. Там, за моим окном, тысячи жителей этого спокойного и прекрасного города прямо сейчас занимаются своими делами: ужинают, ложатся спать, молятся своей богине или уже видят сладкие сны… а за высокой городской стеной еще миллионы и миллионы живых существ, сотни городов и десятки стран, а также бесконечный неизведанный мир…»

Над крышами невысоких жилых и административных зданий в два-три этажа, там, за забором нашей базы, возвышается освещённый прожекторами купол собора, перед которым, возле фонтана, величественно и монументально выситься освещаемая сорокаметровая статуя Рин-Рин. Статуя, которой уже больше тысячи лет. Она полностью отлита из ранее неизвестного мне сплава под названием пладиум. По оттенку он похож на белое золото. Но самое главное: он не покрывается патиной как медь или бронза, не чернеет и не подвержен окислению.

Если говорить о статуе, то как только бы вы на неё взглянули, то сразу почувствовали бы всю старательность скульпторов и тысяч рабочих, на протяжении семи лет усердно прорабатывавших каждую, даже, казалось, малозначимую деталь. Она идеальна. Столь же идеальна, как и оригинал. Пладиумовая сияющая Рин, встречая своим взором восходящее голубое солнце, словно благословляет весь мир и свой город распростёртыми руками, обнажая своё великодушное сердце. А сколько можно было бы вам рассказывать о лице богини Рин! Казалось бы, сама Вселенная, своей мудростью и чувственностью, вложила в ум скульпторов все тайны математики, геометрии, а также никогда ранее непревзойдённые талант и любовь.

Люди очень любят Рин. Несомненно, даже мы, месяц назад ничего не знающие о её существовании, успели от чистого сердца полюбить её. А разве можно не любить человека, который только своим лишь одним присутствием электризует воздух и всё окружающее пространство добродетелью, безграничной любовью и состраданием? И каждый день, прожитый здесь, я задаюсь одним и тем же вопросом: в тех ли богов мы верили в старом мире? Был ли в нашем мире хоть один правитель или бог, заслуживающий большего уважения и почитания, чем эта вечно юная и добрая девушка?

«Какой же сегодня приятный и потрясающий вечер…»

Я открыл дверь и вышел на балкон, на котором, как будто именно для такого момента, меня ожидал шезлонг. Я прилег на него и достал из кармана трубку, сделанную недавно на заказ у местного мастера из какой-то ароматной и редкой древесины. Благо, я умудрился найти здесь хоть что-то похожее на табак. Забив трубку, я раскурил её и запах табака дымкой взвился над засыпающим городом.

А теперь я расскажу о городе. Здесь живёт около полумиллиона людей. Все они очень доброжелательны. Вам, несомненно, понравилось бы жить в таком безмятежном городе, где отсутствует преступность и присущий всем мегаполисам шум строек и дорог. Здесь нет небоскрёбов и одноликих бетонных коробок, которые мы называли домами. Здесь очень красивые дома, украшенные всяческими архитектурными элементами, черепичными крышами и окрашенные в приятные разноцветные тона. По сути, каждый дом в Ринэке индивидуален и неповторим. Всё построено в стиле викторианской эпохи. Эх! Если сюда приехать в качестве туриста, то это не просто город, это- бездонная кладезь впечатлений и вдохновения. Можно часами фотографировать и любоваться этими изящными постройками; аккуратными дорогами с раритетным транспортом; тротуарами, безукоризненно вымощенными брусчаткой, по которой ступают вежливые похожие в цилиндрах, шляпах, сюртуках и сарафанах; старинными вывесками магазинов и лавок; коваными скамьями и фонарными столбами. Даже спустя месяц жизни в этом прекрасном городе, каждый раз, как выхожу с базы, то нахожу новые впечатления и виды.

Ринэка по площади не такая уж и большая. Я думаю километров двадцать пять в диаметре. Не больше.

И как бы я хотел погулять вместе с вами по её улицам…

Здесь нет университетов или академий в нашем понимании. Насколько я понял, здесь существуют ордены, где каждый орден в политическом или административном плане отвечает за те или иные функции жизнедеятельности города. Ну, а если человек только вступает в орден, вроде как он поступает в семинарию или университет, где и обучается. Очень любопытная система, дающая кров, пропитание и занятие на будущее сиротам, выходцами из не богатых семей, а также кующая узкоспециализированные и действительно нужные кадры для страны.

Конечно, были тут с одним орденом проблемы… но даже в самом благоденствующем обществе не может быть без изъянов. Но сейчас это уже в прошлом.

Сейчас и я в ордене. В ордене самой Рин-Рин! Как был я солдатом, так и остался. В этом плане для меня мало чего поменялось, лишь за исключением того, что поменялся враг и сама специфика боя. Теперь враг не такой же человек, как и ты, а ночные кровожадные твари, которых местные называют пожирателями…. Ох уж мы и натерпелись от них в первую ночь!

Мы тоже обучаемся, здесь в ордене. В основном нам всё рассказывает Кано. Непременно, вам очень понравилась бы эта милашка! А обучаемся мы в основном местной культуре, языку, владению новым оружием. Сильно нас не нагружают, да и многое пропускают, видимо еще рановато нам знать всё. Оно и верно. Слишком много информации на мозг, проспавший тысячу с лишним лет- это не есть хорошо.

Но я знаю, что как бы я всё хорошо не рассказывал, всё равно вы переживаете обо мне. У меня со здоровьем всё хорошо. Я больше не болею от этой заразы "Идзанами". Вы не поверите, но кровь Рин лечит любые болезни и раны, ну только если не оторвало конечность или орган. Я, честно признаться, и не догадываюсь как это действует. Просто лечит и всё. Так что за здоровье уж точно не стоит переживать.

Питаюсь я тоже очень хорошо. Я могу с уверенностью сказать, что я никогда так хорошо не питался… Нет, конечно это не сравниться с нашей домашней едой! Но пища здесь здоровая и вкусная, хотя и не обычная. За исключением, пожалуй, соли — остальные ингредиенты здесь все местные. И цвет необычный и названия. Иногда поход в столовую превращается для меня и моих друзей в какое-то открытие Америки. Я не шучу и не преувеличиваю! Представьте себе: видишь на тарелке какой-нибудь сиреневый плод, напоминающий грушу, начинаешь есть, а по вкусу — жареная котлета! Я уж и не думал раньше, что меня можно чем-то удивить. Но здесь я удивляюсь изо дня в день.

Я затянулся. Табак уже прогорел.

О денежном довольствии так же беспокоиться не приходиться: всем необходимым меня снабжает орден. Вкусная еда в столовой, одежда, экипировка и просто огромнейшая комната с отдельным санузлом и добротной, где-то изысканной мебелью. Даже не по-армейски как-то! Кажется, в кои-то годы я живу как человек, а не боевая казарменная единица. Оплата тоже есть. Но это так… На личные нужды. Их и тратить-то некуда, если только купить что вкусное в лавке, прогуливаясь по городу. Местные деньги не носят какого-то конкретного названия, просто по древней привычке из нашего времени их называют "золотыми империалами". Знаю, звучит не оригинально. Но в этом мире сквозь века и поколения всё равно сохраняются ещё многие вещи, присущие нашей людской культуре, а что-то и вовсе осталось неизменным. Бумажных денег здесь нет. Только монеты. Не знаю: из ценного ли металла они сделаны, но это точно не золото, хотя да, название вводит в некоторое заблуждение. Ну, и как полагается, на аверсе номинал, а на реверсе лик Рин.

Как таковой бедности, в нашем понимании, здесь нет. Хоть я и упомянул о не богатых семьях и сиротах, но это не такие величины и измерения благосостояния как у нас. Всем необходимым обеспечены здесь абсолютно все. Просто не богатые семьи не могут позволить себе роскошь и отдельный особняк, не более того. Остальные- это что-то вроде аристократов. В основном верхушки орденов и очень искусные торговцы и ремесленники.

Вокруг Ринэки высокая стена. А за ней так называемая "пустошь", где и обитают пожиратели. Они настолько заполонили пустошь, что на мой век работёнки здесь найдётся… А там, за сотни миль от Ринэки, за этими недружелюбными землями лежат целые империи и государства, населённые всевозможными расами и народами. Это так волнительно! Сколько же надо наверстать в знаниях и впечатлениях, сколько жизней прожить, чтобы постигнуть хоть часть этого неизведанного и нового. Вы ведь знаете, что я никогда особо не блистал любознательностью, а лишь плыл по течению и честно выполнял свою работу. Возможно, что-то изменилось внутри меня, но увидев этот необычный мир, голубое солнце, природу всевозможных цветов, этот прекрасный город и повстречав всех этих прекрасных людей, которые стали мне дорогими товарищами и, несомненно, вам понравились бы — я словно окунулся в фантастическую сказку или историю. Я будто начал новую жизнь, в которой хочется всё познавать и изучать. Ведь только двенадцати людям из нашего времени был дан такой исключительно редкий шанс: прожить ещё раз, жить дальше и стать свидетелями времени, будущего и прошлого, этого удивительного мира. И мы просто обязаны прожить жизнь за тех ребят, что так и не добрались до Ринэки… За всех вас...

Я снова забил трубку и закурил. Огней в городе стало намного меньше. Он уже почти полностью погрузился в безмятежный сон. А тем временем над городом взошли луны, освещая его нежным голубоватым светом.

«Спи Ринэка. Ты под защитой своей богини. Ничто уже не нарушит твой сон.»

Как бы я хотел, чтобы вы были рядом и увидели это небо! Оно прекрасно! Как будто я нахожусь в какой-то другой галактике. Большая луна называется Афирус, вон та поменьше- Нелия, а совсем маленькая Теос. Кано сказала, что эти имена были у этих лун ещё до Великой Катастрофы. Эти луны некогда светили одной из попавших сюда рас, светили их предкам и предкам их предков… Когда-то эти луны принадлежали только их миру… Теперь у нас общее небо и общая судьба.

Казалось бы, несчастливая участь постигла человечество, погибла наша цивилизация… Но у нас общая беда, у всех рас, заброшенных в этот микс из десятков миров и вселенных. Другие расы постигла такая же катастрофа и такое же несчастье.

Дорогие мои, какое же горе, что мы больше никогда не сможем увидеться. Как жаль, что вы не можете быть здесь, рядом. Видеть этот прекрасный город и мир. Вам здесь очень понравилось бы!

Накатились слёзы.

«Моя любимая Лора… Моя любимая доченька Эн… Нас разделяют полторы тысячи лет, и я никогда так и не узнаю, что стало с вами. Какое же великое несчастье и судьба постигли вас. Как жестоко осознавать, что вас больше нет… Моя маленькая Эн, без тебя я навсегда потерял часть души и сердца. Они навсегда останутся с вами, как и мои мысли… Там, в далёком прошлом… Мне вас безумно не хватает...»

Любящий муж и отец Джон Ребел. Из будущего 3302 года.

OVA-3. История одной милашки: Начало

— Вы готовы? — раздался голос из динамика.

За стеклом стояло девять человек. Наши учёные. Среди них был и руководитель убежища доктор Охаяси Датсуке.

— Да. Я готова. Мы можем приступать к изучению объекта.

— Приступайте.

Я подошла к медицинскому столу, на котором лежала необычная девушка.

Неделю назад всё, вдруг, стало необычным. Мы доживали свои последние дни. Самая смертоносная, не объяснимая и не излечимая пандемия унесла жизни 99,999986% людей. Из десяти миллиардов оставались жалкие десятки тысяч, но неподконтрольные фанатики-анархисты решили добить этот мир наследием нашего кровожадного настоящего: тысячи ядерных боеголовок взмыли в небесные просторы в надежде поставить точку на всём, что зовётся жизнью.

Мы, две тысячи четыреста восемьдесят человек — скрылись в бункере одного из пригородов Токио. Города, который, включая двенадцать прочих пригородов, являлся Японией. Являлся всем, что от неё осталось на закате человечества. Был ли смысл скрываться, если все мы больны «Идзанами»?

Мы пережили ядерный удар. Мы не можем объяснить феномен внешних изменений планеты и отсутствие радиации. Но мы обречены умереть в ближайшие месяцы, как и прочие, скрывшиеся в бункерах, метро, шахтах по всему миру. Сложно сказать, что же лучше: превратиться в пепел от ядерного удара в мгновенье ока или умирать в неисчислимых, умноженных на мириады мук конвульсиях от «Идзанами» …

Может быть эти анархисты и не были вовсе не правы? Может, они хотели избавить всех нас от тех дней, часов, минут и секунд страданий, которые выворачивают кости, разрывают мышцы, рвут кожу и сводят с ума? Всё равно мы умрём. Человечество умрёт. Не являлись ли те ядерные удары гуманной и человеколюбивой эвтаназией для всего мира?

По сравнению со странным солнцем, тотальным исчезновением городов и любых поверхностных строений, изменившимися растениями и полнейшим отсутствием живых существ, кроме нас, людей из бункера, — эта беловолосая девушка с механической рукой, кошачьими ушами, хвостом и жёлтыми глазами казалась уже не такой-то и странной…

Она сейчас безмятежно спит. Мы нашли её в трёх километрах от бункера, когда пытались найти хоть какие-то признаки жизни или сигналы других людей. Её грязное, голое, обугленное почти до костей, тело лежало в центре кратера, который, по нашим предположениям, мог образоваться либо от её приземления из космоса, либо он был образован воздействием мощнейшего взрыва, падения метеорита, а она туда упала несколько позже.

Среди спасшихся в бункере людей достаточно образованных учёных, но никто не может доселе объяснить симбиоз её органического, человекоподобного тела со сложными механическими частями. В современном мире при таком количестве механики у любого организма начнется иммунное отторжение чужеродных включений и тотальные дисфункции всех органических тканей.

От волнения меня немного потряхивало и перехватывало дыхание.

[Включаю запись.]

Дата: 12 октября 2047 года.

Общий осмотр биологически-механического организма неизвестного происхождения, найденного 11 октября 2047 года поблизости от убежища.

На медицинском столе лежит существо, которое по половым признакам возможно определить, как женщину. Примерный возраст по человеческим меркам: семнадцать — двадцать лет. Рост: один метр пятьдесят восемь сантиметров. Вес: семьдесят пять с половиной килограммов. Основную массу тела составляют металлические части. Волосы: белые, около метра в длину, судя по всему искусственные. Глаза: насыщенно-жёлтые с вертикальным «кошачьим» зрачком, также являются искусственными. Внешне, по структуре лица, ширине бёдер, соотношению длин конечностей — у объекта, присутствуют признаки как европеоидной, так и азиатской расы, со смещением более в европеоидную. Объект имеет металлические «кошачьи» уши, выполняющие неясную функцию, ввиду наличия второй пары «человеческих» ушей.

Приступаю к осмотру механической части тела.

Левая рука представляет из себя высокотехнологичный роботизированный протез, сделанный из металла или схожего материала. Металл достаточно лёгкий.

Механизмы можно считать, с научной точки зрения, совершенными. Сложноорганизованная и детализированная структура с большим количеством приводов, планетарных механизмов и шестерней, покрытых для защиты от внешнего воздействия пластинами.

Провожу химическое воздействие на механические части объекта:

Серная кислота. Реакции нет.

Соляная кислота. Реакции нет.

Хлорная кислота. Реакции нет.

Азотная кислота. Реакции нет.

Провожу физические воздействия на механические части объекта:

Сверло по металлу. Не разрушает металл.

Алмазное сверло. Аналогично.

Применяю алмазный диск.

Б»№;ть

[Удалить из записи.]

[Перезапись.]

Воздействие на металл не оказывает.

Ассистент производит воздействие пропановым резаком, с целью получить реакцию металла на нагрев. На базе больше не имеется прочего оборудования. Есть медленный нагрев, но плавления не происходит.

Заключение на разрушение: не поддаётся ожидаемому воздействию нагревания, любой известной кислоты или воздействию механических инструментов, в том числе, оснащенных алмазными головками и режущими кромками.

Продолжаю осмотр объекта.

Механическое плечо имеет продолжение в передней и задней части. Спереди имеются восемь металлических рёбер, грудина, ключица. В задней части объект обладает более внушительными механическими частями: левая лопатка, позвоночник. Позвоночник полностью видоизменён, начиная от основания черепа и заканчивая последним элементом. Однако, есть предположение, что механизированный хвост представляет собой продолжение позвоночника, подобно прочим млекопитающим, у которых данная часть тела не рудиментарна.

На секциях позвоночника наблюдаются светящиеся элементы голубого цвета, несущие пока неясную функцию.

Продолжаю внутренний осмотр с помощью УЗИ.

Пищеглотка и щитовидная железа — органические. Ниже. Трахеи, бронхи — органические. Правое лёгкое — органическое, левое — представляет из себя высокотехнологичный протез, практически полностью повторяющий собой строение органического, за исключением плотной среды металлических волокон, соединений и камер. Можно сказать, что клеточная живая структура полностью заменена на металлические… клетки? Металлические живые клетки???? Что это? И ЭТО ВОЗМОЖНО??? Что за ху»;№ня????

[Последнее удалить.]

Сердце. Исследую сердце. Оно полностью искусственно. Полигональный сосуд с трубками, воздействующий на кровоток нагнетанием. Чем-то похож на турбину.

Желудок натуральный. Органический. Местоположение соответствует человеческому. В желудке содержатся продукты. Необходимо извлечь для исследования рациона существа.

Прямая кишка, начиная от желудка — органическая, при подходе к сфинктеру — искусственная. Печень полностью органическая и по своему строению и размеру полностью соответствует человеческой. Селезёнка отсутствует. Почки представляют собой высокотехнологичные протезы неизвестного происхождения и организации работы. УЗИ не просвечиваются.

Мочевой пузырь видоизменён, но органический. Матка и яичники отсутствуют. Половые органы не имеют никакой функции.

Произвожу рентгеносканирование.

Тазобедренная кость органическая с металлическими элементами, выполняющими, по моему предположению, усиляющие и соединяющие функции. Я бы сказала, что ранее тазобедренная кость подверглась критическому воздействию от взрыва или мощного дробящего удара, отчего её полностью восстанавливали с применением металлических соединений, скоб, а местами, полностью заменяя металлическими аналогами целые участки.

Правая рука имеет металлические детали, заменяющие некоторые кости или соединяющие между собой участки органических костей. Все суставы заменены. Предположительно… ЧТО? Предположительно ранее объекту был нанесён тотальный ущерб, не оставивший в организме не одной целой кости или не разорванной мышечной ткани. Не одно живое существо, известное науке, не могло бы перенести такого урона.

Мозг органический. По объёму и структуре извилин, деления на полушарии полностью соответствует человеческому.

К мозгу подсоединены устройства неизвестного назначения. Миниатюрные. Большая сеть проводов и областей воздействия.

Череп является «человеческим». Полностью состоит из костной ткани, за исключением небольшой металлической пластины в районе левого виска.

— Приступайте к исследованию органики! — раздался голос в комнате.

— Хорошо! Приступаю!

По раппорту очевидцев, при обнаружении, тело объекта было изуродовано и обуглено. На базу оно прибыло уже в здоровом состоянии без признаков внешних повреждений. Объект находится в коме. Ввиду особенности искусственной кровеносной системы — пульса нет. Кожный покров эластичный, гладкий. Полностью аналогичен человеческому. Температура: тридцать один градус.

Воздействую кислотой.

Реакция есть. Кислота, угадываемо, разъедает биологическую ткань.

Какого х»№»я!??

[Удалить запись.]

[Перезапись.]

После воздействия кислот, ткань с неимоверной скоростью восстанавливается.

Физическое воздействие.

Любые порезы и отверстия так же восстанавливаются, как и при химическом воздействии.

Отрезаем фалангу пальца.

Объект не реагирует на причинённую боль.

Новая фаланга не растет.

Место отреза кровоточит, но не соответствует аналогичному кровотечению у человека по кровопотере.

Прикладываем фалангу к месту отреза.

Для полного сращивания пальца с кистью понадобилось около восьми секунд.

Теперь палец снова на своём месте и представляет собой полностью функционирующую часть тела.

Объект обладает потрясающими регенеративными функциями. Не один живой объект на планете не способен срастить обратно часть тела или заживить порез глубиной три-четыре сантиметра за пять-десять секунд.

Беру образец ткани для исследования.

ЭТОГО НЕ МОЖЕТ БЫТЬ!

— Что не может быть? Вы что-то обнаружили?

— Да! Это потрясающе! Это идеально!

Исследование образца ткани показало, что объект одновременно и жив, и мёртв. Биологические клетки умирают с неимоверной скоростью, и тут же, появляются новые живые клетки, заменяющие умершие. Причём это происходит со всеми клетками. Можно сказать, что объект постоянно, в режиме реального времени, теряет все свои живые ткани и тут же за счёт фантастической регенерации восстанавливает их вновь. Этот процесс цикличен и непрерывен.

Вывод: принятие живым организмом инородных механических включений и органов объясняется сверхскоростной регенерацией на клеточном и молекулярном уровне. Организм не принимает механику и умирает, но на смену умершим клеткам тут же приходят новые. Их жизнь длится несколько минут. Они так же отторгают механизм и отмирают, и снова появляются новые клетки.

— ЭТО ФАНТАСТИКА! БЕСКОНЕЧНАЯ РЕГЕНЕРАЦИЯ И ЖИЗНЬ! ОНА БЕССМЕРТНА!

Исследую образец крови. Кровь красная. Свидетельствую наличие гемоглобина. Кровь имеет в своём составе микрочастицы неизвестного происхождения и назначения. Привычные антитела отсутствуют.

Ввожу в образец внешний раздражитель. Частицы бурно реагируют. Возможно, являются аналогом антител. Участвуют в регенерации? За неимением более мощных микроскопов и нужных реактивов исследование крови закончено.

Исследование, доступное имеющимися средствами окончено.

— Вы провели исследование?

— Да. Всё, что я могла — я сделала.

— И?

— Сейчас.

Заключение.

Биологически, по структуре тканей и расположению органов, можно сделать вывод, что объект однозначно относиться к человеческому виду.

Но, механизированные части тела, сделанные из высокопрочного, неизвестного сплава в сочетании с искусственными органами, недоступными технологическому развитию человеческой цивилизации — вызывают вопросы.

Кроме того, есть три вещи, которые полностью отвергают человеческое происхождение объекта: во-первых, уникальную скорость регенерации живых тканей; во-вторых, недостижимая современной… и даже ближайшей науке, степень интеграции искусственных металлических механизмов в живые ткани; и, наконец, в-третьих, уникальность и революционность структуры, механизации, работы искусственных органов, которые представляют собой не просто механизмы, а живые металлические клетки, полностью копирующие функции живой ткани.

Симбиоз механики и органики в объекте настолько потрясающий, что объект в совокупности неделим и естественен. Он един. И самое главное, теоретически, он бессмертен. Возможно, человечество достигло бы подобного симбиоза и кибернетизации организма не ранее чем через двести-триста лет.

Предположительно, объект некогда представлял из себя полностью человекоподобное существо без механики и, возможно, был рождён естественным образом либо клонирован. В дальнейшем, на объект оказала воздействие сила, полностью уничтожившая левую часть тела, включая большинство жизненно важных органов. Правая часть тела осталась цела, но критически повреждена. Об этом говорят полностью раздробленные кости и заменённые суставы. Для дальнейшего функционирования в объект были вживлены механические аналоги органов и частей тела. Врождённая регенерация сомнительна, потому что позволила бы компенсировать ущерб от воздействия, хотя бы в правой части тела, исключая замену суставов и некоторых костей металлическими имплантами. Регенерация была искусственно создана в организме после имплантации чужеродных объектов по непонятной технологии.

Исследование производила доктор Накамуро Юкико.

[Закончить запись.]

***

— Доктор, по вашему личному мнению с чем или кем мы столкнулись? Какое происхождение имеет данное существо? — спросил меня Охаяси.

— Если честно… Я даже понятия не имею, с чем мы столкнулись. На вид: обычная молодая девушка с идеальным телосложением и потрясающе красивая. Но её регенерация и эти изменения… Эти механизмы и органы… Люди не смогли бы такого создать ещё сотни лет. Нет, не то, что таких технологий и материалов, нет даже теоретической базы!

— Тогда она пришелец? Это может быть связано с изменениями на планете?

— Возможно. Но удивительно, почему она так похожа не нас? Если она пришелец, то невозможно объяснить поразительное сходство внешне и внутренне с Homo Sapiens. Убери всю кибернетику — и она простая девчушка, которую не отличить от любого из нас. Эх! Жаль, возможности нашей базы ограничены! Если бы я только могла произвести исследования её ДНК… Сразу сказала бы имеет ли она отношение к Земле.

Охаяси задумался.

— Как нам поступить с ней далее? Может ли она представлять угрозу для базы?

— ХА!? Угрозу? Мы умрём здесь в течении месяца — двух. Какая разница, что она представляет? Даже если она кого-то и убьёт, например, что дальше? Я даже не уверена, что она выйдет из комы раньше, чем мы погибнем от «Идзанами». Возможно, она проснётся, а на базе… да и вообще на Земле — уже не одного живого человека не останется. Пусть хоть она живёт!

Охаяси снова задумался. На его лице появилась гримаса усмешки.

— Тогда я оставляю её на вас. Не хочу тратить ничтожно малый остаток своей жизни на все эти разбирательства с объектом. Я не компетентен в данной области. От меня нет прока.

— При других обстоятельствах, я бы посвятила себя изучению объекта и, возможно, написала бы даже научную диссертацию… Это существо просто феноменально! Но на днях у моей дочери начались приступы. Я хотела бы провести с ней последние отведённые нам дни. Поэтому я не в восторге от идеи находиться рядом с объектом… Кому это теперь нужно? Нашим потомкам, которых уже никогда не будет? Ха!

— Если вы возьмёте на себя ответственность, я готов дать место вашей дочери в медблоке. Дать доступ к болеутоляющим и лекарствам. Вы понимаете, насколько они дефицитны?

— С чего бы такая щедрость? Ради чего? Изучать объект бессмысленно! Но я согласна. Я не хочу, чтобы мой ребёнок испытывал все эти страдания.

— Вы исследовали объект, а так и не поняли?

— Вы о чём? — мои глаза округлились от удивления.

— О регенерации доктор Накамуро… о регенерации.

— Вы можете изъяснятся понятнее?

— Найдите способ приспособить регенерацию от объекта человеку.

— А-а-а? Приспособить? Э? Это же идея! Но как? У нас нет нормального оборудования, нет лабораторий… Невозможно способность регенерации — вот так вот вытащить и пересадить! Пока мы не узнаем, как это работает и от чего зависит.

— Пока мы ещё живы — нам не остаётся нечего другого, как цепляться за последнюю надежду. В итоге мы нечего не потеряем. Если известен финал и занавес уже опускается…

— Хорошо. Завтра с дочерью я переберусь в медблок.

***

— Мама, а куда мы идём?

— Сейчас увидишь. Теперь мы будем очень часто находиться здесь. Как ты себя чувствуешь?

— Сегодня хорошо, но кружиться голова.

Мы вошли в медблок. Он был очень небольшой. Мест не было даже для многих из руководства персонала. Тем более болеутоляющие. Немногие вообще даже знали, что они есть в убежище, так как в приступах боли, ради лекарств, люди просто взбунтовались бы и разграбили бы весь медблок. Для меня доступ к ним был неописуемой удачей. Ради которой, я могла бы сутками сидеть в медблоке, лишь бы не так сильно страдала моя дочь.

— Сейчас мы пойдем навестить одну тётю. Ты посидишь в уголочке, а мама немного поработает. Хорошо?

— Хорошо. Эта тётя тоже болеет? И ты будешь её лечить?

— Да, солнышко.

«Хотя, наоборот, эта тётя может вылечить всех нас… Только бы знать, как…»

Мы вошли в палату с объектом. Существо сидело на столе и с любопытством смотрело на нас.

«Она очнулась? Сейчас?»

Девочка испугалась и спряталась за мою спину.

Мы с полминуты молча смотрели друг на друга. Шок от некоторой неожиданности, ввел меня в замешательство и оцепенение. Вместо того, чтобы пойти и позвать руководство я стояла и молча смотрела на это создание.

— Здравствуйте! — робко, выглядывая из-за моей спины, обратилась дочь к объекту.

— Здравствуй, девочка! — дружелюбно ответило сидящее существо.

Я вздрогнула от её ответа на чистом японском. От ответа вообще.

«Она говорит на нашем языке? Она нас понимает? Но как? Кто же она, чёрт возьми!?»

— Вы нас понимаете?

— Да. Вас это удивляет? Где я нахожусь?

— Вы находитесь в медицинском блоке. Мы нашли вас в бессознательном состоянии недалеко от этого места. Вы были ранены. Вы в безопасности. Мы не причиним вам вреда. Надеюсь нам не стоит вас боятся?

«Не знаю, зачем я напрямую это спросила… Что вообще я несу?»

— Бояться? Меня? Почему?

— Мы не понимаем кто ты. У тебя есть Имя? Ты с другой планеты или… Мы не понимаем…

— Имя? М-м-м? — существо задумалось. — Я не знаю… Точнее я не помню… И я не помню откуда я. Извините…

Она явно погрустнела.

«Она правда не чего не помнит или что-то скрывает? Амнезия?»

— А меня зовут Кано. Накамуро Кано, — пролепетала уже осмелевшая и вышедшая из-за спины дочь.

— Кано… Какая милая девочка. Ты милашка, Кано! — с улыбкой сказала необычная девушка и в её глазах прочиталась какая-то душевная доброта.

OVA-4. История одной милашки: Моё (твоё) имя/Моя (твоя) жизнь

OVA-4.1 История одной милашки: Моё (твоё) имя

Прошло два дня, с тех пор, как очнулась белокурая девушка-киборг. Я с дочерью проживаю в медицинском боксе по соседству. Кано постоянно плохо себя чувствует и наблюдается тенденция на учащение головных болей и судорог. Обезболивающие лекарства лишь частично облегчают её муки, которые она старается не показывать мне и, даже в моменты острых болей, пытается улыбаться и вести себя естественно.

Пока я исследую образцы крови и тканей «объекта», проводя различные тесты на скудном оборудовании базы, дочь всё время находится рядом с девушкой. Они очень подружились, и я с каждым днём всё больше успокаиваюсь и доверяю ей. Но самое главное ей доверяет Кано и рядом с ней чувствует себя намного лучше, отвлекаясь во время их общения от болей.

Девушка-киборг, действительно, ничего не помнит о своей жизни до того, как очнулась в этом помещении. Она не помнит ни своего имени, ни людей, с которыми раньше встречалась, ни мира, в котором жила. Но понятно, что японский язык — для неё родной. Она бегло читает и пишет, владея обеими азбуками и кандзи. Также, она не удивляется каким-то предметам, обстановке и еде и, явно была раньше знакома со всеми этими вещами. На очередном собрании руководства базы мы единогласно согласились с тем, что она хафу* (авт. — термин, обозначающий человека, имеющего одного родителя не японца и, как правило, рождённого в Японии и воспитанного в соответствии с японской культурой и традициями) и принадлежит к нашему миру. Но остаётся запасная теория, выдвинутая доктором Охаяси Датсуке, что она могла появиться вместе с прочими изменениями мира из параллельной вселенной, где существовал мир аналогичный нашему, но технологически более развитый. Так, с лёгкостью, можно было бы объяснить её кибернетизацию, регенерацию и симбиоз органических тканей с металлом на недоступном современному человечеству уровне.

Ввиду беспамятства, общение «объекта» с Кано, в большинстве своём, основывается на рассказах и историях дочери. Я раньше и не представляла, что она знает столько вещей и историй и может часами увлечённо говорить на столь разнообразные темы. Определённо, если бы судьба не сыграла свою зловещую шутку с человечеством — Кано ждал бы путь великой учёной или исследователя. Она буквально раскрылась и расцвела в присутствии незнакомки. Не знаю, проявилось ли это из-за её любопытства, или осознавая скорую неизбежность своей смерти, предчувствуя это своим маленьким и, одновременно, огромным сердцем, она пытается отвлечься, выговориться, поделиться воспоминаниями, оставить свой след в памяти и жизни бессмертной девушки-киборга. Даже когда умрёт последний человек на этой базе, когда умрёт последний человек на Земле, когда окончательно и бесповоротно угаснет пламя человечества — Кано, её улыбка, её воспоминания, её история, её голос останутся вместе с этим необычным существом навсегда. Кано обретёт своё бессмертие в механическом стальном сердце киборга.

Я отодвинула в сторону микроскоп и по моим щекам обильно потекли слёзы. Стараясь скрыть это от дочери, я вытерла их и только потом повернулась лицом к кушетке, на которой сидели Кано и девушка. Кано увлечённо рисовала в тетради различные вещи и животных, рассказывала о них и как они называются. Девушка внимательно слушала её и запоминала. Ей были знакомы все животные и предметы, нарисованные дочерью, но ни названий ни, порой, предназначения она не помнила и лишь пожимала плечами.

— Смотри, может тебе знакомо вот это животное? — спросила у неё Кано, нарисовав кошку. — У тебя тоже хвост и уши, прям как у неё! Я тоже хотела бы такие уши! Это очень мило… И от хвоста бы не отказалась!

Девушка-киборг внимательно и вдумчиво всмотрелась в рисунок. Вдруг, у неё блеснуло в глазах, и она громко крикнула:

— Это Рин-рин! Её зовут Рин-рин! Я вспомнила!

От такой неожиданности я резко встала из кресла и опешила.

— Ну вообще-то это кошка… — сказала Кано. — Может у тебя тоже была кошка? Это её название или её имя?

— Ты похожа на кошку. Возможно, тебя намеренно сделали такой… Это единственное, что ты наконец-то вспомнила. Обычно люди первым делом вспоминают своё имя… Может это твоё имя!? Рин-рин… Может просто Рин? Тогда вполне себе человеческое имя, существующее… существовавшее и в Японии.

Девушка задумалась. На её лице читалось некоторое смятение. Поджав уши, она думала около минуты. Вдруг, уши встали торчком, и она ответила:

— Я не знаю, почему, но это животное ассоциируется у меня с Рин-рин! И Рин-рин это имя!

Теперь задумалась я.

«Всё это время было тяжело с ней разговаривать и общаться без имени. Да и при обсуждении с другими постоянно назвать её «объектом» и «существом» — неправильно.»

— Раз ты не помнишь своё имя и это единственное имя, что ты вспомнила… Твоё оно или не твоё — я предлагаю, что мы будем звать тебя Рин-рин! Ты не против?

— Наверное, нет… Не против…

— А мне нравится! — заявила Кано.

Девушка улыбнулась ей.

— Хорошо! Если тебе нравится, то меня зовут Рин-рин!

— Как здорово! Теперь у тебя есть имя! — обрадовалась Кано.

Мы уже достаточно долго провели времени в боксе Рин-рин, и пора было идти спать. Попрощавшись, мы ушли, оставив её наедине со своими мыслями.

Так, я, доктор Накамуро Юкико и моя девятилетняя дочь Накамуро Кано 15 октября 2047 года дали имя необычной механической девушке.

OVA-4.2 История одной милашки: Моя (твоя) жизнь

Рано утром меня разбудили истошные крики Кано. Её маленькое хрупкое тело выворачивало и скручивало на соседней кушетке. На весь бокс вперемешку с криками слышался треск костей и крошащихся зубов малышки.

Это были последние мгновения жизни моей дочери. Растерянность, опустошение, страх, паника, боль материнского сердца — одномоментно захлестнули меня. Я была бессильна перед «Идзанами». Я лишь смогла со всей своей любовью обнять бьющееся в конвульсиях умирающее тельце Кано и, рыдая, на весь медотсек выкрикивать проклятия в адрес судьбы, жизни, богов и людей…

В бокс вбежала испуганная Рин-рин. Увиденная картина умирающей и кричащей от боли милашки Кано и бьющейся в истерике над ней матерью ввергла её в ужас.

Словно на автомате, не осознавая своих действий, Рин схватила с тумбочки шприц, лежащий рядом с болеутоляющими, набрала из своей вены в него кровь и, оттолкнув меня, ввела её в руку Кано.

— Что ты делаешь!? Что ты ей ввела!? Ты же убьёшь её!!! — не понимая происходящего, закричала я на Рин-рин.

— Я должна была это сделать! Я не знаю, почему, но моя кровь её спасёт! Кано всё равно умирает! РАЗВЕ ТЫ НЕ ВИДИШЬ!?

Мои глаза расширись.

— Твоя кровь!? Ты ввела ей свою кровь??? Она не совместима! Тесты показали полную несовместимость!!! ДУРА!!!

Тем временем малышка перестала кричать и извиваться. Наступила зловещая тишина. Мне показалось, что она умерла и я уже собралась завыть от горя и безысходности, наброситься с кулаками на Рин-рин, сыпать новыми проклятиями в адрес всего и вся… Но Кано закашляла и её закатившиеся наверх глаза вернулись в норму. Она как ни в чём ни бывало смотрела на меня.

— Мама?

***

21 октября 2047 года.

После всех отрицательных тестов у Кано на «Идзанами», руководство приняло решение ввести кровь Рин-рин всем 2479-ти оставшимся на данный момент в живых людям. Процесс забора крови и столь необычной «вакцинации» занял несколько дней. Кровь у Рин-рин регенерировала так же быстро, как и её ткани, таким образом, что её можно было выкачивать из неё практически литрами ежечасно.

Как она догадалась ввести свою кровь Кано напрямую и почему была уверена, что кровь поможет, Рин-рин так и не смогла объяснить. Скорее всего, это было сделано инстинктивно и каким-то образом касается её прошлого. Несмотря на первоначально исследованную несовместимость крови, никаких побочных эффектов не наблюдается. Даже наоборот, у людей было подтверждено излечение всех хронических и прочих заболеваний помимо «Идзанами», наладилось общее самочувствие, появилась повышенная активность, полученные раны и ушибы, хоть и не исцелялись моментально, но заживали существенно быстрее. Имеет ли кровь Рин-рин постоянный эффект и нужна ли периодическая вакцинация пока не известно, как и то, повлияет ли она на продолжительность жизни прививаемых и репродукцию.

Кано чувствует себя замечательно и почти всё время снова проводит с Рин-рин, а я продолжаю её изучение. Решено создать исследовательский отдел под моим руководством для изучения «объекта №1 «Рин-рин»». Это теперь ключевое и решающее направление для всего оставшегося в живых человечества.

Избавившись от синдрома и болезней люди заметно воспряли духом и буквально боготворят механическую девушку. Про меж себя, зная историю появления её имени и учитывая внешность, её, с нескрываемой теплотой в душе, называют «ангелом Рин-рин», «кошкой Рин-рин», «механической кошкой», я даже слышала, что некоторые называют её «богиней жизни» и «богиней Рин-рин». Последнее не удивительно, ведь эта белокурая кибернетическая девушка с добрыми глазами, дала второй шанс всему человечеству. Она дала нам саму жизнь и право на само существование.

Кано стала первым человеком на Земле, полностью вылечившимся от «Идзанами». А все мы вместе, 2480 человек, стали первыми жителями этой обновлённой планеты и будущим всей «человеческой» цивилизации. Теперь, сбросивши гнетущие оковы синдрома, нам предстоит исследовать, заново открывать окружающий нас мир и строить «с ноля» наше будущее.

Так началась новая история человечества.

11-й день первого месяца первого года от явления Рин-рин.

«Несомненно, этот день станет праздником и войдет в историю как величайший день для всего человечества…»

OVA-5. Хроники доктора: Призвание

Сегодня утром я зашёл в больницу навестить Кэтсеро. В регистратуре развели руками и сказали, что такого пациента, увы, нет. Никто так и не смог ответить, выписали ли Кэтсеро или перевели в другую больницу. Вообще, сложилось впечатление, что его здесь никогда и не было и никто его никогда не видел. Мне показалось это чересчур странным.

И вот, сломя голову, сейчас я несусь через полгорода к Исикаве Кэтсеро домой, в надежде, что всё-таки его выписали. Только позавчера я видел его поникшим и умирающим, подключённым к аппарату ИВЛ, но вот его уже нет в больнице. В моей груди встревоженно бьётся сердце. Отбрасывая все иные предположения, кроме того, что сейчас Кэтсеро находится в своём доме в добром здравии и пошёл на поправку, что я сейчас увижу его улыбку, обниму своего друга, я бегу как бешенный. Я не обращаю внимания на светофоры, прохожих, которых толкаю, на их окрики и неодобрительные взгляды.

Мимо проносятся уже знакомые заборы. На этой улице живет Кэтсеро. Калитка открыта. Кэтсеро дома. Срезая путь через газон, я бегу к двери. Госпожа Исикава-сан, наверняка меня поругает за газон… Зажимаю кнопку звонка.

Дверь открыла мама Кэтсеро.

— Госпожа Исикава-сан, где Кэтсеро? Можно я пройду к нему? Я был в больнице. Он же дома? Скажите, что он дома, прошу вас! — задыхаясь, с дрожью в голосе, я обратился к ней. В моих глазах читалась мольба.

— Здравствуй, Араки-кун… Кэтсеро здесь нет… — ответила она мне грустным голосом и тоскливо посмотрела заплаканными глазами куда-то в пустоту сквозь меня.

— КАК НЕТ? Госпожа Исикава-сан! ЧТО ВЫ ГОВОРИТЕ!? ПОЧЕМУ ВЫ МЕНЯ ОБМАНЫВАЕТЕ!? — начал я громко и истерично кричать, едва сдерживаясь, чтобы не оскорбить её. — Скажите мне, где КЭТСЕРО!!!

Мой крик заставил её немного прийти в себя и перед её безразличным взглядом, уходящим в пространство, наконец-то появился кричащий юноша.

— Арки-кун, давай пройдём в дом.

Её предложение внезапно остановило мои истерики, и я послушно зашёл внутрь.

Мы прошли на кухню, и я сел на стул. В голове дико пульсировало и пролетали сотни различных вариантов, что же мне сейчас скажет мама Кэтсеро. Как только пролетала какая-нибудь плохая мысль, я тут же с силой закрывал свои глаза и прогонял её прочь.

«Нет, нет! Она не может мне сейчас сказать, ЧТО ОН УМЕР! Кэтсеро не мог так просто умереть! Он не мог бросить меня! Он не мог покинуть меня! Кэтсеро, ты сволочь, большая сволочь, если решил так просто сдаться и предать нашу дружбу…»

Госпожа Исикава села напротив меня.

— Кэтсеро… он… Видишь ли Араки-кун… Кэтсеро… Я не знаю, как объяснить…

— Не тяните! Прошу вас, скажите, что он жив! Его перевели в другую больницу? Не смейте! НЕ СМЕЙТЕ ГОВОРИТЬ МНЕ, ЧТО ОН УМЕР!!!

— Кэтсеро не умер. Он уснул…

— Что? ЧТО ЗА ЕРУНДУ ВЫ ГОВОРИТЕ? Что значит уснул??? — я вскочил со стула в полном непонимании.

— Араки! Выслушай меня! Сядь… — осадила она мой пыл спокойным голосом, и я покорно сел обратно на стул. — Кэтсеро ввели в анабиоз. Он сейчас спит. До тех пор, пока не найдут методов лечения этой проклятой болезни он будет спать…

Её ответ ввёл меня в некий ступор. По фильмам и из уроков по биологии я обобщённо понимал, что такое анабиоз. Но всё же мне было сложно так резко воспринять данную информацию.

«Но спит, значит не умер? Верно? Это же хорошо? Он жив! Это же самое главное!!!»

Я постарался успокоится и выяснить всё подробнее, без истерик и горячности:

— Извините, госпожа Исикава-сан. Вы можете объяснить подробнее. Где сейчас Кэтсеро?

— Его поместили в какой-то научный центр. Кэтсеро погрузили в длительный сон… заморозили… Я не могу тебе правильно объяснить все эти технологии. Тэкео разбирается во всём этом лучше меня. Кэтсеро жив, но неизвестно, когда он проснётся, когда изобретут это чёртово лекарство… Мой мальчик… Доживу ли я до этого момента? — Исикава-сан заплакала. — Тэкео позвонит тебе, поговори с ним. Мне больше не чего рассказать…

Попрощавшись с мамой Кэтсеро, поглощенный раздумьями, я медленно поплёлся к себе домой.

Мысли, словно мыши, грызли и поедали мой мозг. Я прокручивал в голове каждое слово госпожи Исикавы. Я понимал, что Кэтсеро всего лишь погружён временно в сон, что он жив… Но где-то в глубине души меня не покидало ощущение, что ни госпожа Исикава, ни я, ни генерал Исикава — больше не увидим улыбки и сияющих изумрудных глаз Кэтсеро…

***

Спустя два дня, вечером, мне позвонил генерал Исикава Тэкео. Он предложил встретится завтра с утра и навестить Кэтсеро. Моей радости не было предела. Перед этой встречей мне предстояла бессонная и бесконечно долгая ночь.

«Эх, дружище… Какой же ты засранец…»

***

Я и господин Исикава сидели на заднем диване чёрной тойоты краун. Спереди машину вёл водитель в военной форме. Мы уже давно покинули город и за окном мелькала холмистая зелёная местность. День был солнечный. Исикава-сан приоткрыл окно и в салон ворвался сквозящий загородный воздух.

— Господин Исикава-сан, как вы думаете, когда проснётся Кэтсеро? Как скоро могут изобрести лекарство?

— Эх… Шин, если бы я только знал… Эти учёные даже не знают, что вызывает эту болезнь и как она передаётся. Невозможно лечить что-то, если даже не знаешь, чем она вызвана. Известны только симптомы. Эти учёные по всему миру сущие бездельники!

— Надеюсь, это не займет долгие годы, и они справятся быстро… Я всё же не хотел бы быть намного старше Кэтсеро и хочу ходить с ним в одну школу…

Генерал улыбнулся и потрепал мои волосы.

— Ха! Представляю, тебя уже взрослого, с кучей детишек и проснувшегося Кэтсеро-школьника. Ха! У него будут просто невероятно огромные глаза от удивления! — он рассмеялся, а потом вновь погрустнел и добавил: — Надеюсь, и я доживу до этого дня…

— Вот увидите! Мы все вместе обязательно ещё посидим за одним столом и отпразднуем вкусной едой госпожи Исикавы-сан выздоровление Кэтсеро!

— Хороший ты друг, Араки Шин… В этом Кэтсеро очень повезло.

— Подъезжаем — предупредил водитель.

Я открыл окно и выглянул. Впереди, перед машиной, находился шлагбаум, а за ним через сотню-других метров виднелись невзрачные массивные ворота, устроенные прямо в основании большого холма.

После проверки документов мы проехали через ворота и несколько минут ещё продолжали движение по наклонному освещаемому тоннелю, пока не выехали на просторную площадку какого-то громадного подземного зала.

Мы вышли из машины, и я посмотрел на свод этого подземного комплекса. Он был просто огромным. От удивления я раскрыл рот. По периметру располагалось много ярусов и помещений, кишащих людьми в белых халатах.

— Впечатляет?

— Не то слово!

Через несколько минут к нам подошёл седовласый человек с чёрными уставшими глазами.

— А вот и вы! Здравствуй, Тэкео-доси! Здравствуйте, молодой человек!

Генерал и подошедший пожали друг другу руки. Я поклонился незнакомцу.

— Араки Шин. Приятно познакомиться.

— Доктор Одзаки Нарайо, — он протянул мне руку и улыбнулся, что выглядело несколько дисгармонично на его морщинистом, побитом жизнью лице. — Так ты тот самый друг нашего мальчика?

Для меня было несколько неожиданным такое отклонение от этикета со столь старшим человеком, но я с удовольствием ему протянул руку в ответ.

— Ну что ж, пройдёмте!

Мы оказались в просторном и почти бесконечным вдаль и вширь помещении, где стоял жуткий холод. Всё помещение было усыпано рядами каких-то фантастических капсул. Мы прошли несколько их рядов и остановились у одной.

Доктор протёр рукой запотевшее стекло капсулы и сквозь разводы я увидел мирно спящее, покрытое инеем лицо друга.

— Кэтсеро! — бесконтрольно вырвался из меня крик.

Его лицо было спокойно и безмятежно. Он был словно ангел, закованный в ледяные оковы злых духов. Словно спящая красавица он ждал своего единственного поцелуя от всего научного мира и врачей всей планеты…

Я положил руки на холодное стекло и заплакал. В те дни, когда Кэтсеро лежал в больнице, я постоянно сдерживался, чтобы не показать своему дорогому другу слёзы, но у меня больше не было сил бороться со своими чувствами. Я прильнул лицом к капсуле и начал горько рыдать. Генерал Исикава подошел ко мне и положил руки на плечи. Что-то заставило меня в этом жесте почувствовать и вспомнить своего погибшего отца, поддержки которого мне не хватало все эти годы, его отцовскую заботу, тепло и доброту.

Я повернулся к генералу и рыдая уткнулся ему в плечо.

— Плачь. Плачь, Араки Шин… Тебе станет легче… Плачь за всех нас, — с горестью, и добротой сказал мне суровый генерал.

— Какой хороший друг у твоего сына, Тэкео, подметил доктор Одзаки.

Я не знаю, как в мою глупую голову самого среднего ученика в классе пришла эта мысль, но я обжигающим взглядом посмотрел на него и сказал самую безумную вещь в моей жизни:

— Доктор Одзаки, я тоже хочу помочь Кэтсеро! Я стану доктором, врачом, учёным, кем угодно! Я вас прошу, доктор Одзаки… Господин Одзаки, как работать здесь, как попасть работать в это здание? — я упал на колени перед доктором и вцепился ему в белоснежный халат, — Господин Одзаки-сан, я клянусь, что буду хорошо учиться! Если надо, я буду учиться круглые сутки! Я ПРОШУ, ПОЗВОЛЬТЕ МНЕ НАХОДИТЬСЯ РЯДОМ С КЭТСЕРО!!! — я отпустил халат и упер свой лоб в кафельный пол, заливая его слезами и продолжая молить: — Я УМОЛЯЮ ВАС! Я ХОЧУ ПОМОЧЬ ВЫЛЕЧИТЬ КЭТСЕРО… Я… Я… Я… Я ум… умоля… умоля-ю-ю-ю… В-а-а-а-а-с-с-с-с!!!

Уже через слёзы и сопли я еле договорил, захлёбываясь, свою фразу.

— Хм-м-м… Ну будет… Будет… Араки-сан, поднимитесь, — сказал доктор Одзаки и даже попытался отшагнуть назад.

— Нет! Я ПРОШУ ВАС!!! — я схватился за кромки его брюк, выглядывающих из-под халата и вцепился в них сильнее, чем смертник цепляется за свою жизнь.

— Ох, Тэкео! Ты уверен, что когда-нибудь сможешь отблагодарить меня?

— М-м-м? — поднял брови генерал Исикава.

Одзаки наклонился, схватил меня за плечи и потянул наверх, чтобы я встал. Несмотря на его почтенный возраст, я почувствовал очень большую силу.

— Ну, если вы, молодой человек, мне обещаете хорошо учиться, то у меня есть мысли насчёт вас. — его глаза были очень близко, и они так ярко сверкнули хитростью и ехидством, что я невольно вздрогнул.

— Нарайо, ты о чём?

— Знаешь, Тэкео… Нет большего стимула к развитию, учёбе, великим свершениям, чем жизнь близкого человека! Это величайший стимул! Если этот юноша так хочет и отвечает за свои обещания, то я устрою его в наш военно-медицинский университет! Пусть закончит школу с отличием, и я клянусь, что после не менее отличного окончания университета он будет работать в нашем НИИ!

— Э-э-э!? Тфу! Уже как Сенго-сан реагирую! Да с тобой не так заговоришь! Нарайо, ты о чём?

— Как о чём? Тэкео, посмотри на мои седые виски! Посмотри на этого юношу! Лучше мотивированного наследника не найти на всём белом свете!

— Я согласен! Я сделаю всё как вы скажете, господин Одзаки! — вклинился я в разговор.

— Араки-сан. Перестань назвать меня господином. Я доктор. И я сказал своё слово. Если ты мне принесёшь по окончании школы аттестат отличника — я гарантирую тебе поступление в университет и дальнейшую карьеру в этом НИИ. Отныне всё зависит от тебя и от твоего стимула!

— Спасибо гос… доктор Одзаки-сан! Я клянусь, что приложу все усилия, чтобы оправдать ваше доверие! — ответил я, чуть ли не целуя ноги доктору, который сиял для меня новым солнцем надежды на счастливое будущее без проклятой болезни и рядом с моим обожаемым другом.

— Нарайо! Я не знаю, чем ты сейчас мотивируешь всё это. Но спасибо тебе! — генерал поклонился Одзаки, — Моей благодарности не хватит, чтобы отблагодарить тебя даже за тысячу лет. Этот мальчик уже не однажды доказал, что он хороший человек, что он преданный друг. Я прошу!

— Хватит уже! — лицо Одзаки разгладилось от морщин и надулось от самодовольства. Благородного и добродетельного самодовольства. — Я не пошевелю и пальцем, если Араки-кун не выполнит своего обещания и не закончит школу с отличием! А если он это сделает, то я не чем не рискую, получив в итоге отличного ассистента, наследника и продолжателя своих работ… Верно?

— Доктор Одзаки, я вам клянусь, что стану достоин вашего доверия и доверия Кэтсеро!

«Кэтсеро! Мой друг! Даже если мне придется стать самим дьяволом и учиться, работать всю жизнь… Я обещаю, что буду рядом с тобой и посвящу всю свою жизнь, что бы ты наконец-то проснулся! И я буду рядом, Кэтсеро!!!»

OVA-6. Хроники доктора: Надежда и потерянная тетрадь

По длинному коридору, вдоль открытых дверей аудиторий спешно шла неземной красоты девушка. Каждый стоящий в коридоре или проходящий мимо, независимо от пола, оборачивался, открывал рот и изумлялся этому длинноногому голубоглазому созданию в строгих очках и её развивающимся от быстрого шага белоснежно-платиновым волосам по пояс.

Девушка запуталась в коридорах большого многокорпусного университета и искала, пытаясь разобрать японские иероглифы на табличках и указателях, нужную аудиторию со своей группой. Сегодня первый день занятий и она очень не хотела опаздывать.

Безусловно, у каждого юноши, увидевшего сейчас эту девушку, разгорелся в сердце пожар желания и страсти. Тем более, что японцы очень падки на всё европейское. Увидеть в военно-медицинском университете иностранца до недавнего времени было нереально. Но с ростом эпидемии «Идзанами» всё изменилось. Учебные заведения по всему миру, ранее ковавшие кадры лишь для своей оборонки, распахнули двери для всех желающих. Цель: найти причину эпидемии и найти лекарство — оправдывалась любыми средствами. Для любой страны, первой нашедшей способ борьбы с эпидемией, открывались перспективы стать мировым гегемоном. Между ведущими лабораториями, университетами, НИИ и корпорациями развернулась ожесточённая борьба за учёных, медиков и подающую надежды молодежь. Дело доходило до того, что таких людей иногда похищали спецслужбы, а в некоторых случаях разворачивались нешуточные взаимные санкции и дипломатические скандалы.

Девушку зовут Надя Хансен. Её никто не похищал. Она сама приехала в Японию и с отличием поступила в Токийский университет инженерных биотехнологий и научно-медицинских изысканий. Почему Надя не стала учиться в Европе, США или любой другой стране мира, при том имея русско-норвежские корни, а выбрала именно этот университет? В первую очередь, потому что Надю не интересовала карьера медика и не интересовала тема «Идзанами» в принципе. Её мечтой было стать биоинженерном и развиваться в сфере кибернетизации и протезирования. И этот токийский университет считался передовым в мире по данному направлению. Как только из-за эпидемии открыли двери этого престижнейшего заведения для иностранцев, Надя не раздумывая подала документы на поступление.

Отец Нади, параолимпиец Бьорн Хансен, сколько она сознательно его помнила, всю жизнь провёл в инвалидном кресле. С детства она мечтала, чтобы папа начал ходить. Её родители годами безнадежно околачивали пороги медицинских учреждений, центров, институтов по всему миру. И постепенно, видя полное отсутствие научного прорыва в сфере биомеханики и протезирования инвалидов, несмотря на подходившее к концу третье десятилетие XXI-го века, она решила посвятить своё будущее борьбе с инвалидностью. Не заставила отступиться Надю и эпидемия, на борьбу с которой были брошены все юные дарования мира. Так мечта Нади привела её в этот коридор.

С другого конца коридора, так же перечитывая таблички аудиторий, спешил на своё первое занятие юноша. Его целью было посвятить жизнь спасению близкого друга, безмятежно сейчас спящего в криокапсуле подземного научно-исследовательского института. Весь год юноша усердно трудился, исправляя свою не лучшую успеваемость. Сотни проштудированных учебников и исписанных конспектов, бессонные ночи, дополнительные занятия и все выходные и каникулы, проведённые в библиотеке — в итоге, дали результат. Этот высокий худощавый юноша с взъерошенными волосами успешно сдал экзамены и сделал первый шаг к достижению своей цели.

Девушка и юноша столкнулись и оба отскочили в противоположные стороны, сев пятой точкой на пол. Юноша вскочил и поторопился помочь встать незнакомке, протягивая руку.

— Простите! Простите меня пожалуйста!

— Нет, я сама виновата! Это вы меня простите! Зазевалась как ворона!

Надя приняла помощь юноши и взявшись за его руку встала. Их глаза встретились. Никогда он ещё не видел такой сказочной и потрясающей красоты. Хрупкие плечи, укутанные локонами платиновых волос; тонкая шея, белоснежная шёлковая кожа с лёгким румянцем; голубые глаза, затягивающие на дно, словно два океанических водоворота; тонкий и нежный аромат духов, запаха горной лаванды. Он чувствовал в своей руке тепло её небольшой ладони и приятную на ощупь кожу. Его сердце беспощадно покинуло тело и его тут же утянуло на самое дно этих глаз.

— Меня зовут Шин. Араки Шин.

Девушка засмеялась, прикрыв рот свободной рукой.

— Надя Хансен… Араки-сан, может вы наконец-то отпустите мою руку?

Шин опомнился. Он так погрузился в красоту Нади, что совсем забыл её отпустить. Ему тут же стало немного неловко. Он, с нежеланием в сердце, разжал ладонь.

— Еще раз извините, пожалуйста! — сказал Шин и поклонился. — Кажется вы тоже спешили на занятие? Вы не заблудились?

— Ой, да! Надо же! Совсем забыла с этим столкновением! Я точно ворона!

— Я бы помог, только сам не знаю где моя аудитория… Вы на каком факультете? — Шин улыбнулся и почесал от неловкости всей ситуации затылок.

«Господи, я, наверное, выгляжу и улыбаюсь, как идиот! Уж Кэтсеро поржал бы над этим точно.»

— Факультет биомеханики и… Забыла, как это по-японски…

«Хм… какой необычный выбор для девушки…»

— Я видел табличку, там что-то вот как раз было что-то похожее, это третья или четвёртая аудитория дальше по коридору направо.

— Спасибо! Ты здорово меня выручил, — прокричала Надя Шину, уже убегая на занятие и помахала ему рукой.

Сейчас у Шина в голове творился полный кавардак. Он настолько был поглощён мыслью о девушке, что вообще позабыл куда и зачем шёл.

«Чёрт! Я же сейчас сам опоздаю!»

Только Шин решил рвануть дальше по коридору, как краем глаза увидел красную тетрадь, неприметно лежащую в стороне у стены. Он поднял тетрадь и открыл. Она была исписана какими-то незнакомыми каракулями.

«Наверное выпала, когда Надя-сан упала… Возьму и после занятий отдам!»

В глубине души, Шин был безумно счастлив от мысли, что появилась причина вновь встретиться с этой очаровательной иностранкой. Сломя голову, с улыбкой до ушей, он побежал дальше искать свою аудиторию.

OVA-7. История одной милашки: Явление ч.1

Запись в дневнике.

[Дата 1.01.2 г.]

«Сегодня ровно год, как сестричка Рин-рин появилась в моей жизни... в нашей жизни. С каждым новым днём, вдыхая свободной грудью разреженный воздух этой безымянной планеты, навечно освобождённые от «Идзанами», мы всё больше верим, что она — это ниспосланный самим Великим Творцом наш спаситель. Даже учёные, извечно воспринимающие мир, как набор законов и чисел, твердят, что её спасительное и необъяснимое появление может быть объяснено только Его великим промыслом. Мы, подобно семейству Ветхозаветного Ноя, пережившего некогда потоп, были избраны этой вселенской силой пережить новую Великую Катастрофу и Его замысел в своём подземном ковчеге. И подобно тому, как Ною, голубь, посланный на поиски земли, принес оливковую ветвь, Господь ниспослал нам Рин-рин, как знак новой жизни и возрождения. Эта милейшая и добрейшая на всём свете девушка стала нам с мамой самым близким и родным человеком, и мы зовём её просто Рин.

Несколько местных месяцев назад мне исполнилось десять лет. Время здесь идёт по-другому. В сутках 26,5 часов, в месяце 27 дней, а астрономический год по вычислениям учёных — 13 месяцев. Так что, в отличии от старого календаря, здесь год длится примерно на 22 дня дольше. Ещё одной особенностью явилось для нас то, что здесь очень незаметна смена сезонов: зимы и холодов нет, есть лишь два кратких межсезонья в году, когда опадает листва с деревьев и жухнет трава, а после — следуют две весны, когда цветут растения и распускаются новые листья. Но ещё не зная, что зим здесь нет, мы усердно собирали коренья, плоды и даже создали в убежище несколько теплиц с… кхм… с зеленью? Наверное, было бы неправильно называть фиолетовые, лиловые и малиновые по цвету растения зеленью… и пытались всё это как-то законсервировать и сохранить впрок. Еда на складе у нас закончилась ещё на второй месяц жизни после Великой Катастрофы. Методом проб и ошибок среди местной флоры мы нашли великое множество съедобного, и даже, порой удивительного по вкусу.

У нас ещё нет в убежище школы, так как детей школьного возраста здесь почти нет, но за этот год родились первые пятнадцать малышей. Людей это здорово вдохновило и вселило всеобщую надежду на хорошее будущее нашей общины. Так что теперь нас 2494 человек, с учётом смерти одного пожилого дедушки-учёного. Так вот, школы нет, но с задачей учителя очень здорово справляется сестричка. Она так ничего и не вспомнила из прошлой своей жизни, но она откуда-то знает всё, что касается математики, физики, химии, японского письма и… она с потрясающей лёгкостью говорит на английском, русском, китайском и немецком. Так что у меня огромный выбор в изучении иностранного языка… но нужен ли он теперь мне вообще, когда мы остались единственными выжившими и все говорим на японском? Рин не только моя учительница, она учит ещё несколько детей. Ей это очень нравится, как она сама не раз нам признавалась.

Другие взрослые занимаются изучением мира и обустройством быта. Мама тоже постоянно занята: на неё, помимо изучения сестрички ещё и взвалили обязанности по исследованию, учёту и селекции образцов растений, пригодных для культивации. Территория, которую мы за этот год исследовали всё еще не велика — всего миль пятьдесят в стороны от убежища. Здесь нет навигации, карт и дорог. Если уйти слишком далеко, то, скорее всего, пути назад уже никто не найдёт. Поэтому мы ничего не знаем об этой планете далее, чем на это расстояние.

Этот мир таит в себе множество загадок. Во-первых, бесследно исчезли все животные, насекомые и рыбы, а также мы не нашли не одной «человеческой» или иной постройки. Во-вторых, мы не обнаружили не одного растения, знакомого нам ранее. Очень непривычно полное отсутствие звуков на улице, кроме шума травы и листвы от ветра. Сейчас я бы посчитала за счастье услышать вечерний писк комара или надоедливое полуденное жужжание мухи. Если раньше эти звуки были раздражающие, то теперь полное отсутствие их пугает и раздражает еще больше. Ну а в-третьих — днём здесь светит ярко-голубое обжигающее солнце, а по ночам на небе можно наблюдать вечный парад трёх бледно-голубых огромных лун в сочетании с непривычными туманностями и новыми звёздами.

По сути, мы оказались в совершенно чужом, одновременно живом и одновременно мёртвом мире, со своими правилами, красками и законами.

Тем временем, на поверхности, вокруг убежища, возникли первые постройки — около нескольких сотен жилых домиков с небольшими огородами. Всё же, в убежище нам тесно. Здесь стало пахнуть сыростью и плесенью. У многих начала развиваться клаустрофобия. Генераторы уже на последнем издыхании. Когда их не смогут в очередной раз починить, то наше убежище, которому мы стольким обязаны, навсегда погрузится в вечную темноту. Остановятся шахтные вентиляторы и перестанет поступать воздух. Перестанут работать насосы и постепенно всё убежище заполнят грунтовые воды. Уже очень скоро, мы все, окончательно его покинем и будем жить на поверхности. Уже скоро мы разорвём последнюю связь со своим прошлым и будем безвозвратно выкинуты в этот новый неизведанный мир, словно птенцы, обречённые покинуть своё родовое гнездо.»

— Кано! Ну там скоро? — спросила, заглянувшая в комнату Рин.

— Да, да! Сейчас, сестрёнка! Бегу!

Я спешно закрыла дневник и убрала его в тумбочку. Сегодня у возрождающейся человеческой цивилизации свой первый праздник. Самый важный и пока единственный — праздник Явления. День, с которого начинается отсчёт всех дат. С которого начинается год. С которого началась жизнь…

***

Праздник решено было провести во второй половине дня на поверхности, в центре поселения. Люди собрали в одном месте все столы, что удалось найти здесь и в убежище, а также старательно развесили импровизированные гирлянды и цветными лентами украсили ветви деревьев.

Погода словно подыгрывала нам, лаская тёплым бризом и скрывая извечно палящее солнце лёгкими перьевыми облаками.

Не у кого не было праздничных нарядов, и одежда у всех была изрядно потёрта, а то и вовсе в заплатках, но даже вид оборванцев ничуть не печалил нас в этот день. Наоборот, люди улыбались, приветствовали друг друга и делились своими планами на новый, начинающийся с сегодняшнего дня год.

Я была удивлена, как наша община подготовилась к этому дню. Несколько десятков женщин мыли и резали овощи, а другие подавали на стол эти импровизированные салаты, чаши с фруктами и разнообразными цветастыми ягодами. Так же мастера сварили несколько десятков мангалов и решёток для барбекю. Часть овощей, годных для жарки относили туда, где мужчины тут же превращали их в потрясающе пахнущие и хрустящие овощные шашлыки. Дым от углей и аромат жаркого распространялся от нашего поселения на многие мили.

— Похоже, здесь собрали не только все имеющиеся столы, но и ещё всю посуду. Столько много народа… — сказала я, раскрыв рот и оглядываясь по сторонам.

Мы с Рин шли к столам, а она держала меня за руку. Мама была среди тех женщин, которые занимались подготовкой и шинковкой продуктов. У неё уже накопился достаточно большой опыт, в отличии от многих, по определению видов, сортов и съедобности местной «растительности». Так что, она была на этом празднике кем-то вроде шеф-повара.

Аромат жареных овощей был настолько аппетитным, что у меня заурчало в животе.

— Мне кажется, жизнь налаживается. Посмотри, все такие довольные и счастливые… — Рин посмотрела на меня с улыбкой.

— Я думаю, этим праздником все хотят сказать тебе «спасибо». Все счастливы, потому что ты с нами!

— Ну… слишком много чести мне одной… — Рин, смущаясь, раскраснелась.

— Хе-хе! Ты такая сейчас забавная, когда стесняешься, — попыталась я над ней пошутить.

Рин наклонилась и взяла меня за щеки.

— Ну самая милашка здесь — это ты!

— Ай! Щештвёнка! Ты мне щейщас щеки отоввёшь!

— Ахахах!

— Дорогие друзья! Пора собираться за стол! Всё уже подано! — громогласно объявил старейшина общины и глава убежища доктор Охаяси Датсуке.

Вокруг тут же раздались одобрительные возгласы и аплодисменты, а огромная толпа начала облеплять столы с яствами.

Мы хотели скромненько пристроиться в сторонке, но старейшина нашел нас глазами и тут же вновь объявил:

— Уважаемая Рин-рин! Идите сюда! Поприветствуем нашу спасительницу, виновницу торжества, Рин-рин!!! А также первую девочку, излечившуюся от «Идзанами»! Кано, ты тоже иди сюда!

— Тц! Эх… придётся быть в центре внимания… а так хотелось просто попраздновать со всеми… — Рин явно не была рада излишнему вниманию к своей персоне.

— Сестрёнка, тебе давно уже надо было бы привыкнуть к своей популярности!

— Я думаю этого момента не наступит никогда. Сто раз говорила, что я не богиня, не ангел, не спаситель… просила же относиться как ко всем… Мне кажется, старейшина последнее время делает всё наоборот.

Рин попыталась натянуть добродушную улыбку и подошла к старейшине, таща меня за руку.

— Эй! Сестрёнка, может ты меня отпустишь? Я-то не хочу быть на виду!

— Тсс! Каночка, хочешь бросить меня одну? Мне без тебя страшно!

Она ещё крепче сжала мою руку и вопросительно посмотрела на меня. В её взгляде чётко прочитались просьба не бросать её, испуг, любовь и страх одиночества.

— Конечно я не куда от тебя не денусь… Уфф! Будем краснеть вдвоём…

Старейшина рассмеялся над нашим кратким диалогом и продолжил:

— Итак, уважаемые граждане! Я хочу от имени нас всех выразить благодарность нашей спасительнице! Уважаемая Рин-рин! Мы все обязаны вам своей жизнью! Этот праздник в честь вашего явления и по совместительству Новый год — отныне будет главным ежегодным праздником новой человеческой цивилизации до скончания времён! Да здравствует наша богиня жизни Рин-рин!!!

— Да здравствует! — загремела толпа и её рев раздался над всей местностью.

— Что? Что ещё за богиня жизни? Серьёзно? — Рин опешила.

До неё конечно доходили слухи, что её порой называют подобным образом, но так официозно и на людях… Рин очень надеялась, что со временем все эти восхищения и титулы сойдут на нет и к ней будут относиться как к обычному рядовому жителю. Но сейчас, старейшина окончательно разбил все её чаяния.

Люди начали звенеть и грохотать своими чашками, бокалами и кружками, заполненными какой-то брагой, являющейся результатом попыток создать хоть какое-то подобие вина или пива.

— Это ещё не всё! — закричал старейшина. — Сегодня, спустя год, после нашего спасения, наконец-то пришло время решить, как будет называться наше поселение. Этому новому городу надо дать имя!

Толпа аплодисментами и выкриками дружно поддержала это предложение.

— Новый Токио!

— Ямато!

— Киото, в честь древней столицы!

— Почему японские названия? Новый Сеул! Я кореец!

— Тогда Новый Пекин! Мы китайцы!

Мнения разделились. Не у кого не хватало фантазии придумать какое-то новое и нейтральное для всех название. Среди 2494-х человек, подавляющее большинство было японцами, но не менее трети — были гражданами десятка других, ранее существовавших государств, национальностей и рас, искавших спасение в одной из последних сохранившихся перед Великой Катастрофой стран — Японии. Видимо, каждый, в новом названии города хотел сохранить частичку своей памяти, своей истории и воздать некую дань своей бывшей родине. Люди бурлили всё громче и назревал нешуточный межнациональный спор.

— ВНИМАНИЕ! — старейшина поднял руки и показал жестом всем замолчать. — Так мы никогда не придем к единому решению! Пора забыть наше прошлое деление на расы и нации! Это больше не допустимо! У нас один язык, одна судьба и одно несчастье на всех. Мы — новая человеческая цивилизация. Всё прошлое сгорело и исчезло вместе с прошлым миром. Все мы вместе — новая нация, новый народ. И нашему городу нужно новое имя с великим значением! НОВОЕ! Я думаю не стоит называть город нашей надежды, нашего будущего, названием из нашего жестокого, тёмного прошлого, принадлежавшего цивилизации, которая сама себя уничтожила и похоронила.

— Верно!

— Я согласен!

— Пусть название устроит всех!

— Предлагай, Охаяси-сан!

— Предлагай!

— Кхм… Я уже давно вынашивал эту мысль и даже посоветовался со многими уважаемыми людьми… Я… Мы считаем, что название нашего города должно символизировать наше возрождение и ту надежду, что нам подарила наша спасительница! Только благодаря ей, мы, человечество, обрели будущее! Пусть наши дети, наши внуки и их дети… пусть все наши потомки, пока будет существовать хоть один человек, даже через тысячи лет помнят это имя и чтят её память. Пусть каждый раз, когда человек произносит название города, он отдаёт дань уважения и благодарности нашей богине, подарившей нам жизнь! Я предлагаю назвать этот город — РИНЭКА!

Рин вжалась в скамейку и побледнела, словно старушка-смерть. Для неё это было полнейшим фиаско…

OVA-8. История одной милашки: Явление ч.2

Всем очень понравилась идея старейшины назвать новое поселение Ринэкой, в честь Рин-рин. Мало того, что это название не у кого не ассоциировалось с прошлым, которое у большинства было наполнено потерями близких людей и ужасом пандемии, но и соответствовало какой-то более осязаемой мере всеобщей благодарности ей, которую ранее можно было выразить лишь словесно. Решение о названии было поддержано единогласно всем взрослым населением.

Конечно же для Рин это было большим ударом. Она всеми силами в течении года пыталась избежать публичности, посвящая своё время больше семье Накамуро и обучая детей. Хоть она ничего и не помнила из своей прошлой жизни, но её подсознательно тянуло к узкому и семейному общению, заботе о детях и тех, кто не может себя защитить. Возможно, это даже было не столько в подсознании, сколько в самой душе Рин. Душа не может потерять память, она не может врать, не может измениться. И Рин, освободившаяся по неведомой никому причине от оков памяти, рамок воспоминаний, традиций и гнёта прошлого жила лишь этими душевными мотивами доброты, сострадания, любви и товарищества. Обоготворение, всеобщее внимание и навязчивая благодарность были для неё чужды. В такие моменты она начинала себя чувствовать белой вороной и жутко смущалась.

Мама, которая всесторонне изучала Рин-рин, пришла к выводу, что её инстинктивный страх быть на публике или выделяться из толпы основан на давней и очень серьёзной психологической травме, связанной с её необычной выделяющейся внешностью. Во-первых, она была потрясающе красивой, что заставляло всех обращать на неё внимание и восхищаться. Во-вторых, она была наполовину киборг, что выделяло её из толпы ещё больше. Люди, хоть и старались не показывать вида, но постоянно обращали внимание на её механические части тела. Ну и в-третьих, мама предполагала, что кибернетизация Рин произошла уже во взрослом возрасте, возможно это было не настолько естественным в её «мире» или том месте, где она жила.

Для красивой молодой девушки подвергнуться столь жуткой процедуре, быть буквально собранной по частям и изуродованной сплошным протезированием и явилось тем психологическим ударом, что сделал из неё довольно-таки замкнутого и лишённого амбиций подростка, стесняющегося своих внешних особенностей и внимания.

Теперь, вместе с наименованием поселения в честь Рин и столь публичным возвышением, её уютному маленькому мирку ничем не выделяющегося человека наступал конец…

***

У Рин не было аппетита. Она небольшими глотками пила сок, погружённая в какие-то далёкие и тяжёлые мысли. Я же наоборот, встревоженная всеми этими аппетитными запахами уплетала за обе щеки. Мне оставалось лишь сочувствовать сестрёнке и поддерживать её словами и морально.

— Да не расстраивайся ты так! Мне нравится название… Ринэка! Классно же звучит! Тебе-то что? Пусть как хотят, так и называют. Представь, назвали бы Канэка… Я бы не расстроилась.

— А почему бы и нет? Ты своего рода тоже символ. Так ведь? Первый человек, кто излечился.

— Да ну тебя! Тоже мне нашла символ. Вот ты — да! Мне кажется, тебе просто надо не так сильно переживать из-за всего этого внимания. Будь равнодушна к нему.

— Ну говорить то просто… А на деле… Я ничего не могу с собой поделать, когда каждый смотрит на тебя как на какую-то диковинку, любезничает, засыпает благодарностями и хвальбами… Я после этого чувствую себя, как выжатый овощ…

— Лимон, — вмешался в диалог староста.

— Что?

— Уважаемая Рин-рин, обычно говорят «как выжатый лимон». Извините, что помешал вам… Но у меня есть наиважнейший к вам разговор. Мы можем отойти?

— Да, конечно, — Рин немного удивилась серьёзности старейшины и его просьбе.

Они отошли в сторону от столов.

— Я вас прекрасно понимаю. Есть люди, которым нравится быть на виду, пользоваться популярностью… В старом мире было много подобных людей: политики, айдолы, поп-звёзды, актёры. И есть люди, которые хотят спокойствия и уюта. Я прошу прощения за то, что своими действиями нарушаю ваше спокойствие... но я должен стараться для всех этих людей. Поймите, они подавлены и испуганы, кругом неизвестность, впереди — неопределённость. Разные религии, национальности, культуры… Их всех должно что-то объединять и вселять в них уверенность и оптимизм. Вы единственная, кто способен на это. Если вы не будете той объединяющей силой и символом, что поведёт за собой всех этих несчастных людей, то в ближайшее время, подобно нашему прошлому, вспыхнут религиозные и национальные конфликты. Я не вечен. Люди склонны бороться за влияние и власть. Различные группировки, разделённые культурой и верой, начнут войну. Вы должны понять, что это неизбежно. Что с ними станет? Нас две с половиной тысячи человек… Любой конфликт в этой общине закончится окончательной нашей погибелью. Я не мог поступить иначе… Простите! — старейшина прогнулся перед Рин в низком поклоне, что еще больше её смутило.

— Но я… Что именно вы мне предлагаете? Почему я? Что я могу...?

— Я думал долгие месяцы… Всё это время… Люди могут выжить, если только полностью избавятся от своего прошлого. Если будет кто-то, против кого они не смогут пойти… Это ВЫ! Я хочу, чтобы вы стали старейшиной… Нет… правителем и главой новой религии!!!

— НО…

— Выслушайте, прошу! Никто не посмеет пойти против того, кто спас их, того, от чьей крови может зависеть жизнь их детей… Все бояться, что «Идзанами» может вернуться. Они благодарны вам и их уверенность в будущем неразрывно связанна только с вами. Вы уже для многих посланник их Бога, снизошедший для спасения. Но у каждого свой Бог… Вы должны убить их Богов… Безжалостно свергнуть их с небес! Вы должны сами занять их место! Только единая вера освободит людей от конфликтов и обеспечит общество теми ценностями, которыми наделён их Бог и правитель. Я вижу, что вы гуманны и добры, что вы заботливы и не подвержены искушениям власти… Вы бессмертны! Вы можете править вечно и, объединив этих несчастных людей, вести их за собой… Я простой учёный, начальник базы. Я старейшина, только по привычке людей подчиняться старшему по должности. Только потому, что люди ещё растерянны и не освоились. Потому что ещё есть убежище. В скором времени оно будет затоплено. Рано или поздно возникнет вопрос — кто будет главой города. Вы видели, как они пытались выбрать ему название? Только ваше имя смогло их объединить… Я понимаю, чем прошу вас пожертвовать… Но я не вижу других вариантов… если вам не безразлична жизнь всех этих людей… Я прошу! — доктор Охаяси ещё сильнее прогнулся в поклоне, умоляя Рин принять его предложение.

— Даже если меня выберут старейшиной, правителем…кем угодно… но Богом??? Вы не можете просто сказать это людям, и они поверят… Да я и не хочу! Это обман! Я никогда не стану обманывать всех этих людей!!! НИ ЗА ЧТО!!!

— Нет конечно! Я не прошу вас врать! Поймите, вы не станете Богом здесь и сейчас... но сменятся поколения, пройдут годы, а вы будете жить. История чудесного вашего явления, спасения человечества, подкреплённое вашим бессмертием — сами по себе станут доказательствами вашей божественности. Люди постепенно забудут свои традиции и веру, Богов, которые предали их и низвергли человечество в пучину хаоса и довели до погибели. Как вы думаете? В кого начнут верить через сто лет? В Богов, сидящих в далёких недоступных мирах, которые им не помогли, сколько бы им не молились? Или в живое бессмертное воплощение любви, справедливости и кротости, Богиню, которая живёт здесь, среди людей, которую можно лично увидеть и убедиться в её существовании, которая спасает больных своей чудодейственной кровью? Да чёрт возьми! Глядя на вас и то чудо, что вы совершили, на всех этих здоровых людей — я сам могу поклясться, что вы и есть настоящий БОГ! Не та вездесущая мифическая молчаливая хрень, которая допустила гибель десяти миллиардов людей, гибель моих родственников, моей сестры, моей жены, моего сына, моей маленькой дочери, что билась в конвульсиях у меня на руках последние минуты своей жизни… Я отказываюсь понимать, почему Боги, в которых все сейчас верят, в которого верил я, могли допустить такое! Я отказываюсь верить в этих кровавых Богов…! Но я верю в ВАС! Только ВЫ можете стать столпом веры и будущего человечества. Я умоляю ВАС!

Старейшина пытался отдышаться от столь длительной и эмоциональной речи. Вены на его теле и лице заметно вздулись и тяжело пульсировали. Он ждал ответа от Рин.

Она же, в свою очередь, была сильно впечатлена и где-то в глубине души согласна с его аргументами. Вопрос стоял прямо: либо отказаться и вести дальше тихую жизнь, терзаясь сожалениями и угрызениями совести, когда начнутся междоусобицы и распри, увидеть гибель всех этих людей и остаться в этом мире совершенно одной навечно… или пожертвовать своими эмоциями, убеждениями, образом жизни и быть навечно лидером человечества, заняв без остатка все места в его личной жизни: закона, правителя, морали, судьи и самого Бога…

Рин молчала. Она смотрела на уплетающую еду довольную Кано. Девочку, будущее которой и всех других, даже ещё не родившихся детей зависело сейчас от неё. От её ответа.

— Я согласна. Делайте, как считаете правильным. Я не буду ни отрицать, ни соглашаться со своей божественностью, не буду мешать верить в это кому бы то ни было. Я не хочу, чтобы люди убивали друг друга. Я не хочу, чтобы Кано и госпожа Юки были несчастны. Если придётся навеки стать правителем и Богом для всех этих людей и тех, кто будет после них… Если это принесёт людям мир и счастье… спокойствие… Моя личная жизнь и мнение не стоят жизни всех этих людей… Жизнь одной никчёмной девушки-полуробота не может стоить больше, чем жизнь и будущее человечества…

От радости у старейшины затряслись руки.

— Нет, нет! Пойми, именно ты значишь ВСЁ! Ты имела величайшее значение… не только… ПРЕДНАЗНАЧЕНИЕ с самого момента своего появления! С первого дня, как тебя нашли, человечества и твоя судьбы стали неразрывно связанны! Я вер…

Внезапно и почти мгновенно, сзади старейшины появилась огромная чёрная, как ночь, тень. Разиная пасть и обнажая полсотни белоснежных клыков, с капающей с них рвотной жидкостью, тень вонзилась в его тело. Словно адская гильотина, челюсти твари располосовали тело старейшины на две части, после чего кровь струями и потоками брызнула на Рин, покрыв её испуганное лицо и тело до пят. Нижняя половина скрылась в глотке твари, а верхняя, упавшая на землю с выкаченными из орбит глазами и непередаваемой гримасой жуткой боли пыталась ползти, издавая при этом какие-то утробные, преисподние вопли и протягивая руку Рин. Толпа в ужасе закричала. Огромные чудовища, с нескрываемой жаждой мяса, начали терзать и разрывать людей на части. Люди бежали в панике, опрокидывая столы и мангалы, судорожно вопя и срывая голос. Обломки столов, раздавленные толпой и исполинскими лапами десятков чудовищ тарелки с салатами и ягодами, человеческая кровь, моча, испражнения, земля, лохмотья кожи, одежды и людского мяса — в мгновенье превратились в жидкое багряное месиво…

Наступала ночь…

OVA-9. История одной милашки: Явление ч.3

Начался полный хаос.

Рин уже ничем не могла помочь старейшине. Всё произошедшее было настолько быстрым и неожиданным, что она растерялась и испугалась не меньше, чем все остальные. Пока тварь с аппетитом дожирала верхнюю его часть, издавая при этом нелицеприятный хруст костями и рёбрами бедолаги, Рин, сломя голову, метнулась в сторону ошарашенной Кано. Она сделала это практически на автомате, и это было единственным, что сейчас могло прийти ей в голову: спасти малышку и бежать. Бежать, как и все. Забиться вместе с ней в самый укромный и дальний угол.

Рин схватила своей механической рукой Кано за запястье и потянула за собой, пытаясь убежать как можно дальше и быстрее. Кано не поспевала за Рин и несуразно пыталась хоть как-то активнее перебирать ногами.

От рассыпанных углей мангалов и сбитых с крепежей факелов моментально начали загораться близлежащие к месту торжества постройки, трава и деревья. Огонь с не меньшей жаждой и скоростью, чем твари, приступил к трапезе.

— РИН! РИН, ГДЕ МАМА!? НАЙДИ МАМУ! — срывая горло и задыхаясь кричала малышка.

У Рин разрывалось сердце, но она продолжала тащить за собой кричащую в истерике Кано. В такой суматохе, серди мечущихся в поисках добычи громадных зубастых тварей, любое промедление и остановка были смертельны для обеих. Она очень хотела бы сейчас найти и спасти Юки, но пожертвовать безопасностью Кано она не могла при любых обстоятельствах. Рин бежала в сторону убежища. Только там, в бетонном подземном бункере она рассчитывала найти спасение. Всем сердцем она желала, чтобы Юки тоже добралась туда и выжила, но больше она ничего не могла сделать… только спасти её дочь…

Большое количество людей бежало в ту же сторону.

Тех же, кто в панике принял решение спрятаться в поселении ждала самая ужасная участь. Кровожадные омерзительные твари, зловеще сверкая в сумраках своими глазами, безнаказанно гонялись по всей Ринэке за напуганными и беспомощными жертвами. Те, в свою очередь, словно тараканы, пытались забиться в любые укромные места: будь то подпол или чердак дома, амбар, густой кустарник, овраг или выгребная яма. Будто первозданные и доисторические титаны, с необузданной силой, чудовища мощными когтистыми лапами выламывали двери домов, крушили стены или с лёгкостью закарабкивались на крыши, после чего проникали в строения и под истошные вопли и крики еды, начинали её рвать, мотать, бить об стены, разнося всё в щепки.

Кто-то из бегущих к убежищу людей падал, но многотысячная толпа не могла уже остановиться и буквально затаптывала несчастного в землю, превращая его тело в кровавую кашу. А тех, кто бежал сзади, по одному выцепляли твари и начинали остервенело терзать, от чего толпа начинала бежать ещё хаотичнее и быстрее. Каждый сейчас потерял свою человечность и отринул любые чувства, кроме чувств самосохранения и дикого ужаса, пытаясь всех обогнать и бежать как можно ближе к переднему краю толпы.

Убежище было уже достаточно близко. Но небольшие металлические раздвижные двери не имели такой большой пропускной способности, чтобы вся толпа стремительно в них вбежала. Почти сразу началась давка, люди, пытаясь протиснуться в спасительное убежище, буквально заклинили собой вход, а некоторые протиснувшиеся падали, усугубляя ситуацию ещё сильнее.

Рин и Кано оказались практически с краю толпы. Прорываться с ребёнком вперед, в самую гущу, было сейчас сумасшествием, но оставаться здесь — не меньшее сумасшествие.

Крики в поселении постепенно утихали, пока не заглохли вовсе. Твари, наконец-то доели отстававших и всех, кто не сообразил бежать с остальными к убежищу. Огонь охватил уже десятки домов, огромным, ярким своим заревом освещая силуэты всё ещё голодных чудовищ, собирающихся кольцом вокруг толпы. Одно дело нападать на одиночную жертву, на несколько человек или застигнуть врасплох, но нападать на такую плотную, громко орущую многотысячную толпу они ещё остерегались и копили свои силу и решимость. С каждой минутой их становилось всё больше.

Когда тварей собралось уже около сотни, они решили атаковать. Как по команде, всё кольцо начало сжиматься и вот, монстры начали выхватывать с самого края толпы первые свои жертвы, хватая их за руку, ногу или вовсе за голову. Казалось, люди уже перестали заходить в убежище, потому что снаружи меньше их не становилось. Надежды у тех, кто не успел пробраться внутрь, даже ценою своих сломанных ребер, оттоптанных ног или сломанных рук практически не оставалось.

Толпа заревела еще более ужасными и истошными криками, увеличивая давку. Кровь буквально заливала людей. Твари уже настолько осмелели, не видя хоть какого-то сопротивления, что перестали оттаскивать свою добычу в сторону, а жрали прямо на месте, под ногами ещё живых обречённых.

Одно из чудовищ своими пустыми голодными глазами нашло в толпе Рин, прикрывающую своим телом беззащитную Кано. Со скоростью пули, оно, разинув свою громадную пасть и высоко подпрыгнув бросилось на неё. Рин, защищаясь, выставила левую руку вперёд. Чудовище остервенело вцепилось в руку и попыталось её откусить. Даже адское давление его челюстей не могло прокусить прочный металл, но оно не успокаивалось и с ещё большим азартом смыкало зубы. Те, в свою очередь, уже начали крошиться. Поняв, что руку не откусить, чудище решило использовать другую тактику, оно начало мотать головой и извиваться, пытаясь её просто оторвать. Рин всем напряжением своих сил и своего, казалось бы, очень хрупкого тела, пыталась сопротивляться и удержать равновесие. Огромная масса разозлённой твари перевесила потуги кошки. Она оторвала Рин от земли и подняла на два метра в воздух, запрокинув свою голову. Кано, держащаяся всё это время за Рин сзади, беспомощно упала на землю.

Маленькую, упавшую жертву тут же заприметило другое чудовище.

Ни сама Рин, никто-либо из учёных, в том числе Накамуро Юки не могли объяснить столь обширные у неё знания на фоне тотальной амнезии. Не известно, откуда кошка их черпала… словно у неё была какая-то вторая личность, вторая память или какой-то суперкомпьютер, встроенный прямо в голову. Обычно, когда требовалось решить какую-то задачу или понять устройство какого-либо механизма нужные знания всплывали в её голове, словно само-собой разумеющееся. Это была всегда чёткая информация, формулы, определения и какие-то зрительные образы. Словно она залезала в интернет и в доли секунды выкачивала и анализировала весь полученный массив данных. Так произошло и в эту критическую секунду…

В голове кошки с моментальной скоростью завертелась информация о всех возможных боевых приёмах, осуществимых в данной ситуации. Моментально Рин стала обладательницей всех данов и чёрных поясов, машиной для тотального уничтожения, мастером смерти, вооруженным сверх- усиленным кибернетическим телом. Внезапно к ней пришло понимание своего преимущества и как правильно использовать своё тело.

Всё еще вися в воздухе с зажатой рукой в пасти, она, изогнувшись, своими ногами уперлась в нижнюю челюсть твари и собравши всю свою силу в свои бёдра и колени, резко оттолкнулась вверх. Рука моментально вырвалась из пасти, попутно доламывая и кроша остатки зубов, от чего обезумевшая тварь взвыла от боли. Рин подлетела ещё метра на три вверх, сделала сальто и словно ныряя обратно, головой вниз и выставив свою металлическую руку вперёд, раскрытой ладонью и не без помощи инерции своего тела, пробила черепушку твари. Тварь безжизненно рухнула наземь.

Вытащив перепачканную мозгами руку, Рин тут же бросилась наперерез другой твари, которая бежала к Кано. Развернувшись на 360 градусов, с мощного бокового удара, она проломила твари голову. От чего, после громкого треска черепной коробки, уже мёртвая туша отлетела на несколько метров.

С десяток чудовищ, наблюдавших поблизости участь своих сородичей, с визгом, отпрыгнули от толпы и скученно встали в оборону напротив. Сначала Рин встала между ними и толпой, прикрывая, заодно, своим телом и трясущуюся в страхе Кано. А затем, она, так же на автомате, руководствуясь лишь пониманием своего тела и обладая знаниями боевых приёмов, не ведая больше страха, молнией бросилась в сторону тварей. В финале разбега кошка, что есть мочи оттолкнулась от земли и, согнув руку для сокрушительного удара, взлетела над их головами. Последовал первый удар, вогнавший внутрь черепа лобную часть головы. Другое чудовище раскрыв пасть хотело схватить кошку, но та, с размаху выбила ряд его зубов, словно зимние сосульки с крыши. Ещё несколько разворотов и боковых — и уже три твари безжизненно лежали на земле или скуля истекали кровью.

Прочие твари, услышав призывный вой и скулёж о помощи своих соплеменников, наконец-то отстали от уже изрядно поредевшей толпы и кормежки и устремились в сторону битвы.

Возможно, каждому из людей, кто сейчас в оцепенении наблюдал эту сцену бойни, казалось, что она и вправду кошка-богиня. Это было поистине мифическое действо: хрупкая девушка с кошачьими ушами, хвостом, полностью красная от крови с длинными красными волосами на фоне ярко-жёлтого зарева горящей Ринэки, делала сальто за сальто, вертела кульбиты, прыгала на три-четыре метра вверх и лавируя с фантастической прытью меж клацающих и пытающихся её поймать пастей тварей, крушила их направо и налево. Стоял громкий, берущий за душу, непрерывный треск ломающихся зубов и черепов, в так же беспомощный визг чудовищ.

Люди несколько воспрянули духом. Сейчас, в этой кошачьей богине смерти, они увидели надежду дать отпор хищникам. У входа в убежище ситуация несколько улучшилась и люди начали вновь заходить внутрь, а некоторые, впечатленные видом сражающейся кошки, наоборот побежали в сторону ближайших построек. Они начали отламывать колья заборов, брать в руки хоть что-то напоминающее кол или рогатину, дубину или копьё, а затем с криками «за Рин-рин» бросились в атаку на тварей. Страх смерти и чувство самосохранения сменились жаждой мести и желанием поддержать Рин, сражающуюся за всех них в одиночку. Люди палками и кольями пробивали туши чудовищ, выкалывали им глаза, оглушали дубинами, добивали. На помощь Рин и на свою защиту встало несколько сотен человек, бились даже женщины. Многие были растерзаны или искромсаны острыми когтями, раздавлены могучими лапами, но страсть схватки только росла.

Когда не менее половины нападавших тварей было убито, остальные чудовища, грозно и обиженно рыча, начали разбегаться прочь, через полыхающую Ринэку.

Так закончилась первая битва человечества за своё существование. Так за него началась битва Рин.

Крошка Кано, казалось, так и не сдвинулась с того места, где её защищала Рин. Заплаканная, трясущаяся, она по-прежнему сидела на земле среди разбросанных по земле конечностей, костей и тел.

К ней подошла Рин, которую было не узнать: с ног до головы пропитанная кровью, в изодранной в лохмотья одежде, сплошь покрытая прилипшими к телу кусками мяса.

Рин протянула руку малышке:

— Пойдем!? Пойдем искать маму…

Кано взяла её за руку и вместе они пошли искать Юки…

OVA-10. Хроники доктора: Теория Одзаки-Араки

16 февраля 2038 года. 7.30 утра по Токийскому времени…

Вялое жёлтое солнце… такое же безжизненное, как и весь мир, лениво встаёт из-за горизонта.

Небо чистое.

Облака и тучи словно боятся показывать свой томный лик уставшим от смерти и безысходности людям. Люди уже не радуются дождю, приносящему урожай, или тени, скрывающей от зноя, или просто какому-то ни было сиюминутному счастью погоды...

Люди думают лишь о выживании. Прожить сегодня. Прожить сейчас…

Светло-коричневая пыль поднимается от колес авто, покрывая стёкла. Я словно безумный Макс, что едет по пустоши. Этой пыли нет конца. Города практически обезлюдели. Многие поля заросли сорняком, не возделываемые почвы начали превращаться в болота.

За окном моего автомобиля мелькают безжизненные улицы, некогда оживлённого и перенаселённого Токио. В прошлом, самого населённого города мира… В прошлом…

Дом за домом, офисы, магазины, покорёженные вывески, пустые парковки, пустые автоматы… Я вижу великий упадок нашей цивилизации, её гибель, её медленную мучительную смерть, которая каждую секунду происходит в безутешной агонии.

Брошенные автомобили у обочин, разбитые дороги и не работающие светофоры, разросшиеся нестриженые кустарники, редкие пешеходы…

Тысячи лет технологий, приведшие нас к статусу самой высокотехнологичной державы, нынче не нужны. Никто уже не обслуживает автоматы по продаже трусиков или Колы. Все мировые компании рухнули. Все акции отозваны, больше нет форекс или бирж. Государства обанкротились. Даже компании-гиганты, стоившие некогда сотни миллиардов долларов — больше не стоят и одной йены…

Только медицинские компании и армия сегодня имеют хоть какой-то весомый статус… Медицина, чтобы лечить… Армия, чтобы убивать…

Я не могу привыкнуть к этому гнетущему ощущению пустоты, к этой скорби и слезам, что наворачиваются на глазах ежеминутно. Я не могу привыкнуть к тишине и затхлости этого некогда великого города, пропитанного миазмами смерти и безысходности.

На встречу проезжают редкие автомобили.

Один… Второй…Третий… В основном это скорые и труповозки. Последних, кажется, здесь уже больше, чем всего автотранспорта вместе взятого. Да и профессия «уборщика» теперь самая востребованная в мире.

«Уборщик» … Чётко и грубо… Бесчеловечно... Безлико… Человек, который не убирает мусор, не метёт пыль, не моет офисы, а убирает трупы… Сотни тысяч трупов ежедневно.

Какие нервы и какую натуру надо иметь, чтобы каждый божий день наблюдать тысячи искорёженных в агонии и ужасе лиц, всматриваться в эти выпученные, налитые кровью глаза. Смотреть на маленькие, беззащитные трупики младенцев и детей. Спокойно заполнять свои бумажки и, словно полена, загружать в труповоз всё больше и больше трупов, пытаясь утрамбовать покомпактнее остывшие тела несчастных, чтобы выполнить план...

На планете уже не осталось не одной семьи, чтобы не понести потерю. 4,5 миллиарда трупов. 3 миллиона ежедневно. Более ста тысяч в час...

«Уборщики» — последние, кто будут работать на этой планете. Когда-нибудь, последний из них «уберёт» свой последний труп, свой последний урожай. Выполнит свою работу до конца…

Правительства многих стран пали. В 1/3 мира уже бушует анархия. Террористы и фанатики всех мастей выползли из своей клоаки, пропагандируя свои «истинно верные» убеждения. Токио… Последний оплот Японии. Хоккайдо уже не находиться в юрисдикции государства, как и Окинава, Кюсю, Сикоко. Только Хонсю остался верен правительству.

То здесь, то там, прямо вдоль дороги, лежат ещё не убранные трупы людей: молодых, с ещё играющей музыкой из наушников; старых, так и держащих в своей, уже мёртвой руке, поводок, с нечего не понимающей собакой; детей, так и не дошедших в школу, с рассыпанным бенто на асфальте; красивых женщин и мужчин в дорогих платьях и костюмах…

Сейчас принято ходить в самой лучшей одежде, что у тебя есть. Наверное, японцы стыдятся попасть на тот свет в чём-то обыденном. Никто тебя не будет уже провожать в последний путь или переодевать. Нет красивых гробов и поминальных речей. Нет живых родственников… Есть только скорый путь от места, где тебя «уберут» до ближайшего крематория. Всё, что на тебе сейчас надето и есть твой похоронный костюм… Какая жестокость… Блять!

«Уборщики», закреплённые за определённой территорией, помимо очистки улиц, ежедневно обходят и осматривают квартиры и дома. Никто больше не закрывает свои дома на ключ. Это запрещено законом, чтобы не мешать работе «уборщиков». Если человек покинул свой дом, то он обязан прикрепить к двери записку с временем ухода и своего возвращения. Если записка висит, а время возвращения уже истекло, то дверь опечатывают. Человек считается умершим. Если записки нет — значит человек дома. Живой или мёртвый… В поисках твоего же трупа «уборщик» без спроса может войти в твоё жилище, трогать твои вещи, вторгаться в твоё святая святых… И в конце концов выволочь твой трупак из квартиры.

Прошло уже одиннадцать лет, как мой дорогой друг Кэтсеро был погружен в анабиоз. Друг, которому сейчас позавидовали бы уже миллиарды сожжённых, кого уже не вернуть…

Я закончил университет и потом ещё четыре года вместе с доктором Одзаки, проводил исследования в сфере его «прорывной» теории. К сожалению, он так и не дожил до публикации своих трудов. Ровно месяц назад, доктора Одзаки с нами не стало. Но сегодня, я намерен, наконец-то, познакомить мир с трудом всей его жизни. Я, как его ученик, помощник и наследник всех его знаний, сегодня возвышу его великое имя…

***

Доктор Араки, вы готовы представить свой доклад по «Новой теории сингулярности»?

— Да, Господин Ураги-сенсей. Я готов. НО! Я, прежде хочу сказать, что мой доклад — это результат работы доктора Одзаки. Это его заслуга.

— Хорошо! Приступайте! Мы с нетерпением ждем!

— … таким образом, уважаемые доктора и профессора, я хочу подчеркнуть, что теория сингулярности — работает! Мы можем проникнуть в иное измерение, по сути в другой мир, где нет «Идзанами». Мы можем переселить остатки человечества на новую Землю, которая не будет, возможно, отличаться от нашей. Но там, повторяюсь: не будет синдрома! Как уже выяснено, этот синдром распространяется и убивает только в пределах «поля Одзаки». Пространстве на поверхности планеты и в ближайших на 12536 км пределах, вглубь и ввысь. Мы не можем победить болезнь! НО! Мы можем спасти еще миллионы жизней для возрождения нашей цивилизации!

Раздались громкие аплодисменты.

— Доктор Араки, — Встал солидный человек в военной форме. — У нас мало уже выбора… К сожалению… Ваша теория… Самая привлекательная в плане дальнейшей работы… Правительства и армии. Мы готовы проспонсировать данные разработки. Обращайтесь ко мне. Я готов оказать всестороннюю поддержку!

— Хорошо! Я верю, что мы можем спасти человечество… ГОСПОДИН ПРЕЗИДЕНТ…

***

Пыль. Светло-коричневая пыль вновь бьет из-под колес, застилая обзор. Год, два, три, пять. Возможно, к тому времени останутся лишь немногие. Государства окончательно падут. Наш мир рухнет… но спасти хотя бы малую часть! Мы должны жить!

Пыль. Светло-коричневая пыль высоко поднимаясь, забивает респираторы тех немногих десятков людей на улице, что идут по обочинам.

Я еду домой. Домой к Наде и нашей ненаглядной дочке Мидзуки…

Самое страшное — увидеть у своего дома «уборщиков» …

Мои Надя и Мидзуки… Я еду домой…

OVA-11. Хроники доктора: Моя кошка

В то время, когда я учился ещё на третьем курсе университета, однажды, доктор Одзаки пригласил меня в свою лабораторию. Я был рад. Это была ещё одна возможность навестить своего дорогого друга, лежащего в криохранилище.

Там, доктор, впервые, поделился со мной своей гениальной теорией.

— Шин, ты знаешь, что такое сингулярность?

— Сингулярность? Ну да. Это область в пространстве-времени, где не действуют законы математики, геометрии и физики. Где, по сути, нет времени и самого пространства… как-то так…

Доктор Одзаки рассмеялся и начал долго пояснять свою идею.

О существовании сингулярности знали задолго до доктора Одзаки. Но, именно он раскрыл многие её тайны и приоткрыл занавесу божественного и непостижимого. Это уже была совершенно новая теория, шагающая большими шагами, благодаря ему же, к аксиоме. Теория, способная перевернуть мир!

А этот мир, как оказалось, бесконечен в своей множественности. Насколько бесконечна вселенная, настолько же бесконечно количество параллельных миров, представляющих из себя все возможные варианты событий в этой бесконечной вселенной. По сути, наша вселенная — не только стремится к бесконечному объёму, но и стремится к бесконечному множеству и времени.

Его выводы зародились, и начали основываться, на теории Ричарда Фейнмана и Джона Уилера об одноэлектронной вселенной, выдвинутой ещё в 1940-м году, а также на последних результатах экспериментов нового ЦЕРН. Он был достроен в 2029 году… Наверное, это один из последних глобальных проектов человечества. Хоть и функционировал он не долго — до 2032 года, но на 100 километровом кольце, наконец-то, были достигнуты ощутимые результаты. Было окончательно доказано, что все атомы и частицы, из которых состоит вся материя вселенной — это одна единственная частица, находящаяся в бесконечной суперпозиции, то есть: одновременно существующая во всех измерениях, одномоментно находящаяся во всём прошедшем, настоящем и будущем, заполняющая всё бесконечное пространство и проявляющая себя во всех бесконечных состояниях, принимающая все возможные формы, начиная от мюонов, электронов, фотонов и заканчивая протонами и нейтронами, образующими ядра атомов. Всё что мы видим вокруг себя — лишь громадный набор вариантов и суперпозиций этой одной единственной сингулярной точки.

Но Одзаки пошел дальше…

Точки ли? Если эта частица бесконечно стремится к нулевой массе и своему полному отсутствию как таковому? Что заставляет её заполнять всё пространство и быть осязаемой?? Что тогда определяет её существование? ИНФОРМАЦИЯ! Доктор Одзаки нашел ключ к разгадке материи! Эта условная точка является ничем иным, как носителем информации, в котором заложены законы её состояния, чем она должна быть в конкретной части пространства и как должна себя вести в нём. Эта частица никогда не двигается, так как она уже и так находиться везде. Любое движение — это передача информации от одного её местонахождения — другому, в пространстве-времени.

Что может быть проще? Хочешь перенестись в прошлое? Не нужно переносить свое физическое тело, материю… необходимо лишь сингулярной точке передать информацию о её состоянии, информацию о себе. Хочешь в параллельный мир? Аналогично! Это как перенос информации с компьютера на флешку. Ты не переносишь файл физически, ты просто копируешь байты информации в другую среду. Благодаря открытиям доктора Одзаки, его теории — открылась перспектива перемещения любого объекта как в существующем пространстве- времени, так и в параллельных бесчисленных мирах.

Доктор Одзаки на мою озадаченность привёл наглядный пример:

— Шин, смотри. Есть источник света. И мы говорим, что он испускает фотоны со скоростью почти 300 тысяч километров в секунду. Верно? Но мы всегда думали, что фотоны — это кванты, ни с того — ни с сего возникшие, когда загорелся свет. И они двигаются и образуются бесконечно, пока горит свет… И пока горит свет, фотоны не с того — не с сего образуются и летят. Фотоны, это и частица, и волна одновременно. Но частица ли летит? Волна? Что может лететь бесконечно долго с одинаковой непостижимой скоростью и распространяться бесконечно далеко из источника, который сам по себе никак не генерирует и не производит эти частицы? Ничего! Абсолютно не чего не летит и не двигается! Понимаешь?

— Но скорость света…

— Забудь!

Времени не существует!!! Только изменение координат в пространстве, «восприятие» со стороны наблюдателя и изменение окружающих его форм создают ощущение времени для него самого. Одна сингулярная точка говорит самой себе, находящейся по соседству: «Эй! Я теперь веду себя иначе и ты должна передать это другой мне!»… И распространение света… волна фотонов — превращается в нечто иное, как просто в передачу информации по цепочке…

Для меня это было через-чур сложно…

***

Когда мировое медицинское сообщество пришло к выводу не биологического происхождения «Идзанами», а результатом воздействия на центральную нервную систему и мозг человека ранее неизвестного излучения Земли, внезапно образовавшегося в конце 20-х годов… поля, действующего по всей площади планеты и имеющего определённую толщину, как раз охватывающую всю населённую биосферу… научные умы поняли, что лекарство невозможно найти.

Тогда подключились физики и астрономы, теоретики и утописты... Но только доктор Одзаки нашёл гениальный выход — перенестись в параллельное пространство. Таких пространств — безграничное множество. Но как найти то, что удовлетворит нас своей средой обитания? Послать зонды в тысячи пространств, и найти самое подходящее!

К сожалению, ни машины, что перенесет в другое пространство, ни тысячи зондов построено ещё не было. Пока мы не продвинулись дальше теории Одзаки и его мыслей. Одзаки больше нет. Теперь, мне предстоит продолжить его работу. И я готов. Я — Араки Шин, готов продолжить работу своего великого учителя!

***

Мои Надя и малышка Мидзуки… Я еду домой…

Сквозь потерявший надежду город, сквозь беспробудные страх и отчаяние…

Мои две малышки. Мои две кровинки…

Я еду домой, и, глядя на наш Токио — я боюсь. Я боюсь, не увидеть хотя бы одну из вас…

Пыль. Пыль из-под колёс, словно покрывает весь мир, который мы знаем.

Я нажимаю всё сильнее на педаль газа, чтобы быстрее попасть в ваши объятия.

Пыль. Она покрывает людей и останки нашей цивилизации, всё наше прошлое и будущее. Она покрывает наши мечты и надежды…

Я, вновь, хочу увидеть бегущих к себе драгоценную шестилетнюю малышку и обожаемую жену…

***

— Привет! Я дома!

— Привет, милый!

Моя Надя нежно поцеловала меня.

— А где Мидзуки?

— Папа!

Моя малышка бежала сломя голову ко мне через длинный коридор.

— Малышка…

— Ты уже закончил дела? Я соскучилась!

Я нежно обнял дочку, и её пышные платиновые волосы, передавшиеся от мамы, едва не окутали всё моё тело.

— Так быстро!? Ты же спала, когда я уехал. Ха-ха-х!

— Теперь, тебе же никуда не надо ехать? Ты побудешь дома?

Мидзуки смотрела на меня такими вопрошающими и требовательными глазами.

— Котёнок, у меня для тебя сюрприз!

— М-м-м!?

Я достал из-за пазухи маленького котёнка, который только недавно прорезал глаза. Котёнок начал громко мяукать и болтыхать своими крошечными лапками.

— Киска! Папа, ты мне купил киску!

Мидзуки схватила котёнка и тиская его, поднимая вверх, начала с восторгом бегать по коридору.

— А как зовут киску? Папа! Как его зовут?

— Малыш… Это не он, а она… Это девочка… Ты должна сама дать ей имя!

— … Рин… Рин-Рин… Папа! Можно мы назовём её Рин-Рин!?

— Какое интересное имя… Если ты так решила… Теперь нашего нового члена семьи зовут Рин-Рин!

Моя малышка Мидзуки подбежала ко мне и нежно поцеловала.

— Спасибо, папа!

Затем, она вместе с кошкой… маленьким котёнком побежала на второй этаж.

— Рин-Рин! — только и слышалось, пока маленькая белокурая девочка с одним карим и другим голубым глазом взбиралась по ступеням большого дома…